Дмитрий Епишин: В духе Тома Сойера. Рассказ

Дмитрий Епишин: В духе Тома Сойера. Рассказ

23/01/2020 12:45

Москва, Дмитрий Епишин, NEWS.AP-PA.RU Рассказ "В духе Тома Сойера" Дмитрия Епишина из книги "Лики любви".

 

При Никите Сергеевиче  страна стала сильно маяться дурью. Этот безумный вождь быстренько  довел  ее до ручки, и когда все перестало работать, решил, как это  бывает в нашей державе, вылезти за счет народа.

К примеру: не работает милиция – создавай народные дружины, не строятся дома – придумай метод народной стройки, не убирается урожай на селе  - даешь всесоюзный выезд на картошку и прочая и прочая. Главное, что вся эта деятельность должна была осуществляться бесплатно.

А так как Окоянов всегда был городом отсталым и малопонятливым, то  ростки нового в нем  приживались  с большим трудом.  Хотя имелись личности, которые на собраниях себя за грудки хватали и молотили всякую чушь насчет необходимости бесплатно трудиться, получая от этого идейно-политическое удовлетворение.

Вообще-то  окояновцы никогда не  считали вредным потрудиться бесплатно на благо общества, например, выйти на субботник и подмести улицу, которую  после войны никто не мел. Польза очевидная. Хотя внимательное наблюдение за этими самыми субботниками выявило такую закономерность: выходят на них многие, а работают единицы. 

Большинство же строителей будущего едва шевелятся, а то и просто отлынивают от нарезанных участков, и само собой, собираются в кучки для распития спиртных  напитков. И касается это не только субботников, но и других бесплатных трудовых увеселений. Такой вывод наводил тень на уверения Никиты Сергеевича, что скоро мы все будем задарма трудиться и однажды вызвал в Окоянове историю, достойную описания.

Все  началось с  мелкого детектива местного значения.

Однажды  трое пацанов, игравших в войну на остатках бывшего монастыря Тихона Задонского,  случайно нашли  маленькую бутылочку с восковой печатью.   Они зачем то копались в земле рядом с фундаментом колокольни и выкопали находку.  Бутылочка была явно старинного производства –«мерзавчик» синего стекла, каких при советской власти совсем не делали.

Находку   мальчишки разбили и обнаружили в ней  желтый трухлявый листок  со старинным текстом.

Один из  них, по имени Николай, других постарше, потащил компанию к себе домой, достал отцовскую лупу и с немалыми трудностями они  разобрали  послание из прошлого.  Послание было сильно интригующим. В нем значилось следующее:

«Я, игуменья монастыря преподобного Тихона Задонского мать Ирина, узнав о неизлечимой своей болезни, и собираясь преставиться к Господу, с большой скорбью свидетельствую ссоры и нелюбовь среди сестер своей общины и полагаю грехом оставлять им свое накопленное состояние. Придут лучшие времена, и будет лучший монастырь, который еще употребит все эти драгоценности с пользою для себя. 8 июля 1808 года »

Затем шло перечисление сокровищ. Это были в основном золотые ризы, монеты, кресты и другая церковная утварь. А в самом конце имелся маленькая схема  клада. Надо было  отсчитать  сорок шагов   от угла колокольни на юг, к обывательским садам,  а затем  два шага влево, видимо, к какому-то приметному месту.             

С первыми же сумерками  кладоискатели очутились на пустыре, вооруженные лопатами и мешком для драгоценностей. Следует отметить, что пустырь этот находился прямо на задах  двухэтажного колькиного дома и ходить далеко не надо было.

Остатки фундамента колокольни еще сохранялись и угол было найти нетрудно.  Но как  они ни вышагивали  по плану,  схема  приводила их к гряде столетних тополей, и клад был явно зарыт под  одним из них. Справиться с таким могучим противником  подростки не могли и решили,  что зловредная игуменья,  специально насадила эти деревья по задам монастыря, чтобы понадежней сховать сокровища.  

Делать ничего не оставалось, как отложить  добычу клада на  более поздний срок, до поры взросления и обретения возможности  вооружиться необходимыми техническими средствами.  Наследники Тома Сойера  поклялись  друг другу  хранить тайну клада и на этом  розыски остановили.   

Правда, вскоре стало ясно, что кто-то из них тайну сохранить не сумел, потому что по ночам на пустыре стали появляться ямы, шурфы и даже противотанковые рвы. Очевидно, в Окоянове   незримо  формировалась армия кладоискателей, которая стала по ночам  производить на пустыре земляные работы. Длилось это довольно долго, до тех пор, пока на пустыре не осталось  живого места.

Затем  страсти поулеглись и все забылось. Видно, общественное мнение пришло к выводу, что ни черта на этом   постылом пустыре нету, а возможно, кто-то стибрил клад еще до Великой Октябрьской Революции. Со временем на месте монастыря был построен большой жилой дом, хотя  гряда тополей продолжала украшать собой местность.   

Прошло много времени. Компания пацанов-кладоискателей разлетелась по свету и однажды случайно собралась в Окоянове двадцать лет спустя. Они  сидели на бережку Казенного пруда, степенно выпивали и вспоминали дела давно минувших дней. Тут  одному из них пришла на ум та былая история из далекого детства. Вспомнив о знакомстве с  местным военкомом, предложил он друзьям взять  миноискатель и возобновить  отложенную  экспедицию.

Однако, вместо того, чтобы ухватиться за идею  легкого обогащения, Колька ухватился за тощий свой живот, стал кататься по траве и громко ржать.  Потом, насмеявшись вдоволь и выпив стаканчик «Пшеничной», он поведал друзьям следующую историю.  

Отчим Николая, учитель физкультуры в средней школе Петр Тихонович, человек, повидавший много чего на свете и весьма уважаемый в городе, никак не воспринимал идеи бесплатной работы на тех местах, где власти не справлялись по своей нерадивости.

- Коммунистические субботники происходят от коммунистического головотяпства - говаривал он -  если каждый будет исполнять свое дело как надо – тогда и нужды ни в каких субботниках не будет.

Петр Тихонович не был любителем чинить городские дороги за дорожную службу и за это подвергался всяческой критике, вплоть до порицаний по партийной линии.  Однажды он получил строгача с занесением в личное дело, за то, что не вышел копать сточные канавы вдоль дороги на улице Коммунистической. При этом некоторые выступившие товарищи отмечали, что тов. Христополов ставит свои личные интересы выше общественных.

Говорили они о тов. Христополове горькие слова, шибко недоумевали о несознательности  бывшего фронтовика, разводили руками, качали головой и готовы были даже в голос зарыдать от такого тяжелого наследия прошлого, которое  угнездилось в нашем городе. А сами они, будто бы, получают большое удовольствие от работ на свежем воздухе на общественное благо. Были среди выступавших и такие, которые демонстрировали мозоли на руках, полученные на субботнике, и высказывали намерение в дальнейшем натереть их еще больше.

Сильно огорчившись от непонимания  своей разумной позиции, задумался Колькин отчим о несправедливости  бренного мира и стал соображать, как доказать свою правоту. И вот, каким-то образом догадался он  провернуть эту аферу с фиктивным кладом.

Позвал Петр Тихонович своего шустрого пасынка, который был  зело сметлив во всяческих проделках, и  разработали они  план ажитации окояновских умов этаким соблазном, чтобы посмотреть, кто и как ставит общественные интересы выше собственных.

Значит, Колька с самого начала дурил   своим дружкам головы, а  они были слепыми исполнителями. Но смеялся Петр Тихонович не над ними, а над теми самыми передовиками бесплатных канав, которые не жалея личного времени лопатили землю на пустыре бессонными ночами. Дело было летом, и, вставая с первыми проблесками рассвета,  учитель физкультуры и бывший фронтовик доставал бинокль, выставлял его в окно, выходившее на пустырь, открывал «корабельную тетрадь» и делал дневниковые записи:

- Так, сегодня Коробковы работали. Вместе с хрычом-дедушкой.        Порядочно накопали. Куба три.  На субботнике такой производительности не давали. Нет. Там, все больше перекуривали. А тут, смотри, какую производительность дали. Едва лопаты в руках держат!  Видать, хотят сокровища быстрей в общественную копилку сдать.  Ну-ну, счастливо отдохнуть.

-  Ну вот, и наш парторг пришел. И почему не днем, во главе        парторганизации?  Мол, так и так, дорогие товарищи, имеется информация о наличии монастырских сокровищ в известном мне месте. Пошли сейчас всем коллективом их выкопаем и употребим на строительство новой трибуны для моих выступлений.

А он ночью, с одной супружницей…А что это в    руках-то у  нее? Гляди – горячий завтрак. Термос, елки-палки с кофеем. Ну,  давайте, голуби, закусывайте. До клада еще глубоко копать.             

Особое удовольствие у Петра Тихоновича вызывали случаи столкновения бригад золотоискателей, мало чем отличавшиеся от рассказов  Джека Лондона. Разве, что без пальбы, зато с рукоприкладством.    Очень жалел старый учитель, что  нельзя было  эти батальные сцены пришить к личным делам передовых строителей будущего.

До самого наступления сезона дождей наслаждался он бесплатным спектаклем в исполнении  местных клоунов. А  как отверзлись хляби небесные, цирк уехал.  Хотя клоуны остались.  Нет- нет да и появлялись они  в поле зрения наблюдателя. Бродили по пустырю с золотой поволокой в очах.

Художник Иван Лукьянов.

 

 

 

 

 

 


Другие новости


Дмитрий Епишин: Новая раса ньюсанжарцев выведена на Украине
Дмитрий Епишин: Буратино Путина
Дмитрий Епишин: Скользкий зигзаг Владимира Путина

Новости портала Я РУССКИЙ