Александр Палладин. Боровой и Хакамада (Как это начиналось?!)

Александр Палладин. Боровой и Хакамада (Как это начиналось?!)

17/05/2018 00:15

Мсква, Александр Палладин для AP-PA.RU Опубликованное 14 мая интервью К. Борового украинскому интернет-изданию «Апостроф» («Керченский мост придётся снести») напомнило мне первую встречу с этим персонажем.

 

В начале 1992 года я переквалифицировался из журналиста в пиарщики, приступив к работе в небольшой компании, принадлежавшей Льву Вайнбергу. В последние годы существования СССР он организовал первое в нашем государстве совместное (франко-итало-советское) компьютерное предприятие «Интерквадро» и возглавил Ассоциацию совместных предприятий, объединений и международных организаций.

Поначалу Вайнберг пытался приспособить наш PR-отдел к нуждам этой ассоциации, а также Совета по предпринимательству при Президенте Российской Федерации, в состав которого он входил на правах вице-президента Российского союза промышленников и предпринимателей. Тогда-то я и увидел Борового впервые.

В апреле 1992 года в одном из зданий на Старой площади прошло очередное заседание упомянутого Совета по предпринимательству. Перед началом собравшиеся оживлённо, не без зависти обсуждали модный прикид президента Российской товарно-сырьевой биржи Константина Борового — синее кашемировое пальто (такими в ту пору в Москве могли похвастаться лишь единицы). Сам же он вслух рассуждал, как избавиться от любовницы:

— Надоела мне эта мартышка [так он при всех называл Хакамаду, причём та не обижалась — А. П.]! Двину-ка я Ирку в большую политику…

Так я впервые услышал о Хакамаде, которая в тот момент входила в состав биржевого совета РТСБ, а вскоре возглавила созданную Боровым Партию экономической свободы и затем попала в Государственую думу, где за свой нрав получила новое прозвище — Хиросима.

Вновь о Хакамаде я услышал шесть с половиной лет спустя, работая руководителем пресс-службы Intel в России/СНГ. 25 сентября 1998 года, пять недель спустя после того, как в нашей стране разразился тяжелейший экономический кризис, Intel объявила долгосрочную программу поддержки российского малого и среднего бизнеса. Чтобы придать этой инициативе максимальный резонанс, в Москву прилетел главный управляющий бизнесом Intel в Европе Роб Экельман, а в самом центре столицы — в Доме Союзов мы организовали семинар, демовыставку и пресс-конференцию с участием крупнейших зарубежных и российских партнёров Intel.

Выделенный под пресс-конференцию зал оказался набит битком: пришло более ста представителей СМИ. По традиции, которую я ввёл в первые же годы работы в Intel, кроме московских пригласили журналистов из ряда городов России и Украины. Перед началом мероприятия ко мне подошла прилетевшая из Иркутска Танечка Коснаки— тогдашний главный редактор «Компьютерного обозрения».Губы дрожат, из глаз вот-вот брызнут слёзы, говорит срывающимся голоском:

— Александр Александрович, всё пропало! Газету впору закрывать. Из семидесяти компьютерных фирм—рекламодателей в городе и области осталось семнадцать…

В подавленном настроении были многие отечественные журналисты. Пятью неделями раньше правительство РФ объявило дефолт по основным видам государственных долговых обязательств. Курс рубля тут же рухнул, целый ряд крупных банков объявил о банкротстве, и их вкладчики потеряли вклады; одно за другим стали разоряться малые предприятия.

И в такой вот близкой к панике обстановке Экельман заявил:

— Мы надеемся, что ваша страна сможет преодолеть нынешние трудности…

В Intel умели отлично не только работать, но и выступать в различных аудиториях. Роб Экельман исключением не был. Многие наши журналисты сравнивали его с проповедником, а его выступления — с проповедями, и было отчего: в молодости наряду с высшим образованием в области химии и международных отношений он получил ещё и диплом магистра богословия. Слушателей подкупали внешность Роба, его интонации и манера чуть раскачиваясь и приседая говорить, но пуще всего — сквозившая в его высказываниях искренняя симпатия к нашей стране.

При этом Экельман фонтанировал новаторскими идеями. До перевода в Европу он работал в Китае, где придумал оригинальный способ рекламы Pentium: по его предложению напечатали сотни тысяч наклеек со светящимся в темноте логотипом этого процессора и раздали жителям Пекина с тем, чтоб те прикрепили их к спицам своих двухколёсных машин. (Дело было в середине 1990-х годов, когда в КНР основным видом личного транспорта был велосипед). И вскоре всю китайскую столицу заполонили велосипедисты, крутившие педали во славу Intel и её флагманского продукта, чьё название по вечерам ярко вспыхивало под лучами уличных фонарей и автомобильных фар.

Из Китая же Экельман перенёс на нашу почву концепцию компьютерных ярмарок, которые мы стали устраивать в крупнейших городах России, Украины

и Азербайджана. И он же два года спустя обеспечил возможность организации в нашей стране уникального, нигде больше в мире не проводившегося конкурса на соискание Национальной Intel интернет-премии, сыгравшего роль катализатора в повсеместном распространении Всемирной паутины в Российской Федерации.

А тогда, в Доме Союзов, Роб огласил комплексную программу поддержки отечественного малого и среднего бизнеса мощным отрядом компьютерных фирм во главе с Intel, IBM, HewlettPackard и Acer.Это произвело настолько сильное впечатление на присутствовавших журналистов, что один из них — Валерий Васильевич Лаврикпопросил слова, чтобы сказать:

— Спасибо вам, Intel! Вы делаете для нашей страны то, что должно было бы делать, да не делает наше правительство…

Его реплика вызвала одобрение других представителей СМИ, и один из них обратился к сидевшему рядом со мной президенту Российской ассоциации содействия развитию малого предпринимательства Александру Иоффе:

— Разве Ирина Хакамада вам не помогает?

К тому времени Константин Боровой успел продвинуть опостылевшую любовницу в большую политику, да и сама Хакамада оказалась девицей не промах, добившись избрания на пост главы Госкомитета РФ по поддержке и развитию малого предпринимательства.

Иоффе, только что с похвалой отозвавшийся о нашей инициативе, помрачнел:

— Я по полгода не могу пробиться к ней на приём. Ирине Мацуовне не до нас: не вылезает из зарубежных поездок, направо и налево раздаёт интервью, читает платные лекции, как делать карьеру…

Круг занятий выдвиженки Борового этим, впрочем, не ограничился. Год спустя в «Московском комсомольце» появилась громкая публикация о том, как Хакамада использовала своё служебное положение в интересах очередного, третьего мужа, да и себя при этом не забывала… Кстати, она, как и её бывший любовник-Боровой, тоже считает, что Россия Крым аннексировала и обязана выплатить компенсацию Украине.

Фото с сайта Bracatus.com  и из личного архива автора

АЛЕКСАНДР ПАЛЛАДИН

 

 

 

 



Другие новости


Дмитрий Конаныхин. Не помню (рассказ)
Михаил Васьков. Спорт моего детства. Хоккей с мячом
Протоиерей Всеволод Чаплин: Может ли Владыка Тихон претендовать на Патриарший престол?

Новости портала Я РУССКИЙ