Александр Палладин. Незабываемый парад (глава из мемуаров отца «Зарубки на сердце»)

Александр Палладин. Незабываемый парад (глава из мемуаров отца «Зарубки на сердце»)

07/11/2018 00:20

Москва, Александр Палладин для NEWS.AP-PA.RU В октябре 1941 года, когда руководство Редиздата ЦС Осоавиахима, оказалось, вдру,г далеко от Москвы, Бауманский РК  назначил меня парторгом райкома по Редиздату.

В тревожный для столицы момент (середина октября 1941 года), когда руководство Редиздата ЦС Осоавиахима, бросив без призора все дела, в том числе и секретные, оказалось вдруг далеко от Москвы, а сотрудники Редиздата и его изданий остались без руля и без ветрил, Бауманский РК КПСС назначил меня, зам. секретаря партбюро Редиздата, парторгом райкома по Редиздату и обязал заниматься всеми его делами — хозяйством, деятельностью редакций.

 

Немецкая военная машина стояла у стен Москвы. И кто мог подумать, что в такой момент на Красной площади состоится традиционный парад в честь годовщины Октября? А он состоялся! И поразил весь мир.

 

Актив районной партийной организации, что называется, дневал и ночевал в Бауманском РК КПСС. Часто вызывали в райком и глубокой ночью. Так случилось и в ночь на 7 ноября 1941 года. На сей раз для великой радости: секретари райкома А. М. Чистяков и Царегородцев вручали пригласительные билеты на традиционный парад в честь годовщины Октября на Красной площади. Мой билет — за номером 328. Он и сейчас хранится, как дорогая реликвия... [Удивительно, но отца на парад пропустили, хотя нашу фамилию на пропуске исказили — А. П.].

 

Прямым ходом направились на Красную площадь. На улицах — сугробы, идти скользко. Темно. А трибуны уже заполнялись. Моя трибуна — правая, первая от Мавзолея. Застыли стройные ряды войск. Площадь покрылась коркой льда. Каково будет шагать батальонам?

 

Вот приближается к сводному оркестру военный дирижёр Агапкин, человек высокий, грузный.

Поскользнулся. К нему поспешили ассистенты — и тоже не удержались на ногах. К счастью, вскоре в воздухе закружили крупные хлопья снега, и толстый слой пуха укрыл площадь.

 

На трибуну Мавзолея И. В. Сталин поднялся в простой шинели, в фуражке. Было морозно, дул ветер. Микрофон едва слышно передал его слова: «Поддувает основательно...».

 

Ровно в восемь из ворот Спасской башни выехал С. М. Будённый, принимавший парад. В седле он сидел так, будто никогда и не был лихим кавалеристом. Что могло случиться?

 

...Летом 1942 года я был в Омске в командировке. В военном госпитале мне показали выздоравливающего богатыря. «Ординарец Будённого, — шепнули мне. — Прошлым летом Семён Михайлович командовал фронтом. С двумя ординарцами поскакал в соседнюю часть и наткнулся на немецкий кавалерийский разъезд. Тех было десять, закипела горячая схватка. Трое наших порубили всех немцев. Сражён был один ординарец Будённого, а этому отрубили руку. Тяжко изранили и командующего».

 

...Будённый объехал строй войск и поднялся на трибуну Мавзолея. Председатель ГКО Иосиф Виссарионович Сталин обратился к Красной Армии с призывом разгромить фашизм. Речь его слушала вся страна.

— Война, которую вы ведёте, есть война освободительная, война справедливая, — говорил он. — Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова. Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!

 

С Красной площади прямо на передовые позиции шли под знаменем Ленина полки стрелковых дивизий, ополченцы, артиллерийский и зенитный полки, столичный флотский экипаж, кавалерийские части.

 

Когда проходили танки,произошло непредвиденное: предпоследний танк вдруг стал разворачиваться напротив Мавзолея. Развернулся — и... двинулся назад, к Историческому музею.

 

В чём дело? Для меня это долго оставалось загадкой. Но в 1949 году в Дом литераторов приехал генерал Синилов, военный комендант Москвы. Он с увлечением рассказывал писателям о том, как готовятся и проводятся парады на Красной площади. Коснулся генерал и происшествия в ноябре 194I года:

— Иосиф Виссарионович приказал разобраться и строго наказать виновных. К счастью, наказывать никого не пришлось. Я стал расспрашивать провинившихся — ребята были необстрелянные, только что закончившие курсы в танковом училище. После парада им предстояло принять первый бой. Ответ держал водитель: «В училище мы накрепко усвоили закон — сам погибай, но товарищей выручай. Вот подходим мы к Мавзолею, а задняя машина сигналит: на выручку. Забуксовала она на льду, отстала. Не раздумывая, автоматически, я и пошёл, чтобы взять товарищей на буксир». Доложил Сталину, а он только и сказал: «Молодец, водитель».

 

Фото из семейного архива 

АЛЕКСАНДР ПАЛЛАДИН



Другие новости


Александр Палладин. Послезавтра была война (окончание главы из мемуаров отца «Зарубки на сердце»)
Александр Палладин. Послезавтра была война (глава из мемуаров отца «Зарубки на сердце»)
Александр Палладин. Эрнест неблагонадёжный

Новости портала Я РУССКИЙ