Александр Палладин. В получасе езды от Нью-Йорка (Белорусские нацисты)

Александр Палладин. В получасе езды от Нью-Йорка (Белорусские нацисты)

04/05/2019 00:29

Москва, Александр Палладин для NEWS.AP-PA.RU В получасе езды от Нью-Йорка стоит монумент, воздвигнутый ветеранами бригады СС «Беларусь».

 

 

В 1983 году, возвращаясь из Нью-Йорка в Вашингтон, я заехал в Саут-Ривер — небольшой городок в штате Нью-Джерси. В ясную погоду с его холмов можно разглядеть предместья Нью-Йорка. Бензоколонки, с десяток церквей, домики с непременными палисадниками. Типичная одноэтажная Америка…

В Саут-Ривер меня привела книга Джона Лофтуса «Секрет “Беларуси». Бостонский юрист, прежде чем взяться за этот труд, прослужил два с половиной года в Министерстве юстиции США в отделе специальных расследований, и через его руки прошли тысячи документов, изобличавших нацистских преступников и их американских покровителей.

Лофтус, в частности, выяснил, что после Второй мировой войны в его стране нашли убежище около 300 человек, воевавших в составе бригады «Беларусь» на стороне гитлеровцев. Большинство из них поселилось в упомянутом городке в получасе езды от Нью-Йорка.

У входа в двухэтажное здание саут-риверской мэрии я увидел скромный памятник местным жителям, погибшим в Первой и Второй мировых войнах. 56 фамилий в два столбца — добрая половина славянского происхождения, но с именами, переиначенными на американский лад: Кондратюк Питер, Яремчук Джон, Покликуха, крещённый, вероятно, Владимиром, а голову сложивший как Уолтер...

Сколь мне известно, во Вторую мировую войну американцы своих сограждан, убитых на заокеанских полях сражений, за редким исключением домой не вывозили — хоронили на месте. Стало быть, останки тех же Кондратюка и Яремчука, если они воевали в Европе, покоятся в Старом Свете. И не исключено, что их сразила пуля, выпущенная кем-то из фашистских прихвостней, доживавших свой век в Саут-Ривере.

Каждый год в конце марта ветераны «Беларуси» собирались на Уайтхед-авеню в помещении «Белорусско-американского клуба»; стараясь не отстать от молодёжи, горланили песни, пили вино, водили хороводы. Глядя на них, трудно было поверить, что вот тот или другой сорока годами раньше сбрасывал в колодец младенцев и потом добивал их гранатой...

Рядом с «Белорусско-американским клубом» стояла православная церковь святой Ефросиньи. Тоже своего рода клуб, для других закрытый. Среди прихожан было немало ветеранов «Беларуси». Что и говорить, удобно: можно было не таясь замаливать кровавые преступления с гарантией отпущения грехов.

Впрочем, вряд ли у этих нелюдей даже во сне щемило сердце, ныла душа, а в ушах звучали предсмертные вопли их жертв. Душу в себе они задушили собственными руками, а память выжгли ненавистью к бывшим землякам и усыпили самовнушением, будто не выродки они вовсе и не злодеи, а, напротив, герои.

Чтоб и другие в это поверили, на пригорке за церковью поставили монумент — не чета памятнику перед мэрией. На массивном фронтоне всадник со щитом и мечом, сверху — чугунный крест с круглой дырой посерёдке. «Слава тем, кто сражался за свободу и независимость Белоруссии!» — бежит по постаменту славянская вязь, тут же услужливо переведённая на английский. Незнакомым с символикой Третьего рейха и невдомёк, какие «свободу и независимость» воспевает невинное с виду изречение.

Крест, венчающий монумент, — эмблема 30-й гренадёрской дивизии СС, в состав которой входила бригада «Беларусь». Вот так же, как на этом неслыханном по наглости сооружении, аналога которому не сыскать ни в одном другом государстве антигитлеровской коалиции, фашисты мечтали с помощью своих прислужников поставить крест на СССР. Отметинами их злодеяний остались на нашей земле миллионы могил, в которых лежит и каждый четвёртый житель Белоруссии.

Неподалёку от этого монумента — место захоронения тех вояк «Беларуси», кто сбежал от возмездия за океан. И снова сюрприз: ухоженное кладбище на Хиллсайд-авеню с массой надгробий из гранита и мрамора. Всего их 96. Выходит, по два с лишним карателя на каждого саут-риверца, не вернувшегося со Второй мировой войны.

На самом видном месте лежит Радослав Островский. Он и при жизни верховодил теми, кто теперь окружает его прах. Участник вооружённой интервенции против молодой Советской республики, Островский ещё перед Второй мировой войной продался гестапо и настолько полюбился гитлеровцам, что те прочили его в бургомистры Москвы. Под нашей столицей, однако, блицкриг забуксовал, и Островского поставили наводить «новый порядок» в Белоруссии.

Там «президент» марионеточного правительства и его подручные показали себя заправскими палачами. Уже в конце лета 1941 года они рапортовали берлинским хозяевам: «Еврейская интеллигенция Минска ликвидирована без остатка». За строкой этого донесения — гибель 42 тысяч мирных граждан.

В эсэсовских документах места расправ над жителями Белоруссии помечались гробами. Рядом проставляли число уничтоженных людей. В 1942 году в точке, обозначающей Минск, появился ещё один гроб — с цифрой 50 000. Белорусскую столицу решили превратить в братскую могилу. И опять еле успевали смахивать со лба кровавый пот Островский и его сообщники. 10 тысяч казней в неделю — такому темпу дивились даже профессиональные палачи СС.

Чуть поодаль от своего предводителя на саут-риверском кладбище лежит Эммануил Ясюк, который служил бургомистром в Клецке, составлял списки подлежащих уничтожению и в 1942 году лично руководил казнью 5 тысяч местных жителей. Тут же нашёл себе последнее прибежище Франц Кушель. Этот возглавлял формирование белорусских полицаев, а позднее командовал бригадой «Беларусь». Кушель успел попрактиковаться в кровавом ремесле и над участниками варшавского восстания, за что получил от гитлеровцев генеральскую звезду. Имена многих из тех, кто служил под его началом, выбиты на соседних надгробьях: Хмара, Грабовский, Пашков, Барановский...

Как же так получилось, что Саут-Ривер стал самой большой колонией нацистских преступников на территории государств, сражавшихся с Третьим рейхом? И неужели американские власти не знали, кого приютили?

По свидетельству газеты «Вашингтон пост», уже 14 мая 1945 года, через 5 дней после безоговорочной капитуляции гитлеровской Германии, американская армия получила список подлежавших аресту военных преступников. В нём значились и имена более сотни карателей из «Беларуси». Два года спустя, однако, их в этом списке не оказалось, а к середине 1950-х годов все они жили-поживали в Соединённых Штатах, Великобритании и Канаде.

Виднейшую роль в укрывательстве этой публики сыграл Фрэнк Визнер. Он занимал солидную должность в Управлении стратегических служб США и вскоре после Второй мировой получил указание сколотить отряды головорезов на случай войны против стран социалистического содружества. Поскольку до поры до времени США должны были оставаться в тени, Визнер воспользовался услугами выходцев из Восточной Европы. По его настоянию доступ в Америку открыли и бандеровцам, которые во время войны сотрудничали с гитлеровцами.

Изданная в 1955 году Советом национальной безопасности США секретная директива № 5412/1 дала Визнеру полную свободу рук. Этот документ во всех деталях перечислял «дозволенные» методы необъявленной войны. Своим именем не назывались разве что лишь убийства, но их замаскировали формулировкой «а также все другие уместные действия, необходимые для выполнения вышеуказанного».

Визнер именно так и расценил директиву. Он велел разработать планы мятежей во всех крупных городах Восточной Европы, распорядился форсировать переброску в эти страны оружия и агентуры и усиленным ходом готовить войска спецназначения из числа бежавших на Запад жителей государств соцсодружества.

Видное место в этих планах отвели недобиткам из бригады «Беларусь». В конце Второй мировой войны они сдались в плен армии Паттона — того самого американского генерала, который предложил вернугь оружие пленённым дивизиям СС, чтобы повести их против «красных». Паттон прославился и таким высказыванием: «Трудность с пониманием русских состоит в том, что мы не осознаём факта их принадлежности не к Европе, а к Азии, из-за чего они мыслят иначе… У меня нет особого желания понимать их, если не считать понимания того, какое количество свинца и железа требуется для их истребления».

Позднее, когда военным комендантом американской зоны оккупации Германии назначили генерала Л. Клея, нацисты и их пособники и вовсе получили индульгенцию. При участии Клея пустили в ход версию, будто обвинения в их адрес — не что иное, как попытка русских опорочить доблестных борцов против коммунизма. После этого на самолётах ВВС США военных преступников стали переправлять из Европы за океан, не указывая в проездных документах их имён.

Затем, чтобы легализовать их прибытие в Америку, разработали ещё один хитроумный способ: тайком переправляли через границу с Мексикой, а обратно везли в открытую. На руку контрабандистам фашистского толка были и существовавшие тогда в Соединённых Штатах иммиграционные законы, ставившие во главу угла моральный облик перемещённых лиц, который трактовался весьма своеобразно: супружеская неверность расценивалась как криминал, а членство в нацистских организациях считалось простительным прегрешением.

Александр Палладин

 

Фото с сайтов https://alchetron.com и https://pictures.abebooks.com



Другие новости


Александр Палладин. Хоккейная суперсерия-74: некобеднишние воспоминания
Александр Палладин. Дважды герой газетных ляпов Громыко
Александр Палладин. Стояли насмерть. Освобождение Болгарии от турецкого ига (окончание)

Новости портала Я РУССКИЙ