Михаил Васьков представляет: Поэтический взгляд с той стороны. К 80-летию советско-финской войны

Михаил Васьков представляет: Поэтический взгляд с той стороны. К 80-летию советско-финской войны

09/12/2019 15:26

Москва, Михаил Васьков, NEWS.AP-PA.RU Стихи финского поэта, классика национальной литературы, фронтовика, участника Зимней войны Юрьё Юльхя в русских переводах

 

 

К 80-летию Зимней Войны 

 

 

 

ВСТРЕЧА В ЛЕСУ (Kohtaus Metsässä)

 

Оружейное дуло и пара глаз

На пути тебя стерегут.

Выбор прост: Или выстрелишь ты сейчас,

Иль промедлишь – тебя убьют.

 

В вечность длиною мгновение ока,

Пока не раздастся: ба-бах!

Придёшь из дозора живым в окопы

Иль сгинешь навеки в снегах?

 

Чтó, не мог он, как раньше,

в шатры твои,

Добрым гостем прийти просто так?

А сейчас ты  о б я з а н  его убить,

Потому что теперь он  твой в р а г…

 

Ты не знаешь, кто он и откуда, и чей,

Кто в прицеле сейчас твоём.

А ведь он тоже просто один из  л ю д е й.

Разве мало нам места вдвоём?!

 

В морозном лесу Запад встретил Восток…

Разве так встречаются  л ю д и?!

Из них лишь один будет помнить итог.

Другого же – просто не будет…

 

Перевод с финского Михаила Васькова

 

ТАК СЛОЖНО (Niin vaikea)

Так сложно в атаку вас всех посылать,

Все черты, все лица успел я узнать,

Кто из вас живым назад вернётся?

Да, взгляд мой мягок, но приказ мой суров,

Что вертится в мыслях, с языка не сорвётся,

Не услышит никто от меня этих слов.


Если мог бы я с вами в атаку пойти,

Как раньше бывало, во главе роты встать,

Бесстрастно под пули, осколки шагать,

Было бы легче, но нам не по пути -

Мне приказ быть другим, приказ быть не там,

Где быть по ночам я тайно мечтал.


Еще сложнее смотреть на ваш строй

После боя – усталый, еле живой.

Половины уж нет, половина идёт.

Убитых на санках в строю везёт,

И после всего, что в бою вы прошли

Вы силы в себе для улыбки нашли.

 

Перевод с финского Баира Иринчеева

 

ДОМОЙ (Kotiin)

За героизм я отпуск дал

Парнишке молодому.

Он вещмешок упаковал

И мыслями был дома.

Я провожал его в отъезд

И руку сжал: «В придачу

К побывке ты получишь крест.

Увидимся, удачи!»

И он почти ушёл домой,

К любимым, но в бараке

Вдруг появился вестовой

С приказом об атаке.

Мы снова устремились в бой,

А отпуск будет позже...

Но тот парнишка молодой

Уйти в него не сможет.

Выходит, я был прав, твою

Ладонь сжимая сильно:

Ты отдохнёшь в родном краю,

И будет крест – могильный.

Перевод с финского Алексея Михайлова

 

ПРИЗРАЧНЫЙ ДОЗОР (Aavepartiot)

Безмолвные тени по снегу скользят,

Как призраки, еле видны в лунном свете,

Бесшумно крадутся, внезапно разят –

Никто из врагов не желал бы их встретить.

 

Людей здесь немного – дозор невелик,

Ступают на лыжах бойцы в маскхалатах,

Но следом за ними идёт напрямик

Огромное войско – лесные солдаты.

 

Откуда взялись их стальные ряды,

Что действуют скрытно и неуловимо?

Нельзя увидать на снегу их следы –

Они для обычного взгляда незримы…

 

Все те, кто веками скитался в лесах,

Стоят на защите родимых просторов.

Их мёртвые лица внушают лишь страх,

Луна освещает дорогу дозору.

 

И призраков этих в дозоре не счесть:

Ружейным штыком, топором и секирой

Они отстоят и Отчизну, и честь,

И снова Финляндия жить будет миром. 

 

Безмолвные тени по снегу скользят,

Как призраки, еле видны в лунном свете,

Бесшумно крадутся, внезапно разят –

Никто из врагов не желал бы их встретить.

Перевод с финского Алексея Михайлова

 

КОЛОДЕЦ  (Kaivo)

Дня зимнего умчалась половина.

Затишье. Слышно пушки лишь палят.

Осколки, видно, землю как рыхлят.

Блиндаж прикрыт наш земляной махиной…

Вновь плачет раненый на все лады:

– Братишки, принесите мне воды!

 

Блиндаж трясёт от дальней канонады,

Под пулями ползти к колодцу надо.

Что днём, что ночью – тяжек этот путь.

И стынет кровь, и тяжело вздохнуть

От ветра ледяного и морозца,

И не один погиб уж у колодца…

Но жажда – страха смерти всё ж сильней!

Хоть снег тогда растапливай и пей,

Впитал в себя что порох, грязь и дым,

И нашу кровь… Морфин необходим

Для раненых – облéгчить боль под вечер,

Но кроме снега их лечить нам нечем!

И раненый опять на все лады:

– Братишки, хоть глоточек мне воды…

 

…Когда вода уходит прочь из тела,

Лишь боль его терзает то и дело.

Не можешь думать ты и говорить

Про что иное – только: «Дайте пить!»

Рука хватает мысленный кувшин,

И сердце рвётся вдаль хоть до вершин

Далёких гор бежать в мороз, метель,

Срывая дверь со всех её петель!

 

…А пушки всё палят, палят в ответ,

И водолея посланного нет…

Рыдает раненый на все лады:

– Братишечки, хоть капельку воды…

 

Сгустились сумерки. Призыв услышан.

Хоть у колодца водолей застыл,

В замёрзший сруб он кровь свою пролил

И лёд вмиг растопил опять под крышу!

И в венах раненых источник бьёт воды,

Что из вечерней вытекла звезды!

…Чуть слышен стон опять, как знак беды:

– Братишечки, воды, воды, воды…

 

Перевод с финского Михаила Васькова

 

ПОСЛЕ БОЯ (Rynnäkön jälkeen)

Они неслись по полю

В атаку, словно вихрь,

Но тщетно после боя 

Я созываю их:

Они мертвы, упали

Средь вскопанной земли,

Как будто бы пахали

И отдохнуть легли.

Вы миг назад бесстрашно

Пошли через межи;

Теперь лишь я на пашне –

Вы умерли, я жив.

Последний пахарь в поле,

Стою я среди вас.

Возможно, уже вскоре

И мой настанет час.

Я ранен – это скверно,

Уж лучше бы убит,

Ведь только выстрел верный

Забвение сулит.

За то, что вёл под пули,

Воздастся мне ещё.

Держать ответ смогу ли

И буду ли прощён?

Конечно, ты не волен

Ни в чём – в который раз

Ты действовал как воин

И выполнял приказ.

Но всё не безнадёжно –

Господь с тобой в бою;

Ты делай то, что должно,

Отбросив боль свою.

Но тише! Кто-то шепчет,

Я напрягаю слух

И чувствую, что крепче

Становится мой дух:

«Мы спим, забыв о боли,

Среди бескрайних нив,

На этом самом поле,

С него не отступив».

Так мёртвые вещали,

И снова тишина.

И пусть я сам в печали,

И грусть моя сильна,

Мой дух стал твёрже льдины,

Я клятву дать могу,

Что больше ни аршина

не уступлю врагу.

Перевод с финского Алексея Михайлова

 

МАРТОВСКИЙ ДЕНЬ (Maaliskuun päivä)

Разве можно встречаться со смертью

Этим радостным мартовским днём?

Снег искрится при солнечном свете,

И проталины видно на нём.

Через чащу проходит дорога,

Что ведёт напрямую к реке.

Вёсен  в жизни моей было много,

Но они от меня вдалеке.

Что за птица кружит над лесами,

Выше всех облаков воспарив?

Это хищная птица из стали

Огибает зенитный разрыв.

Кто вверху заливается свистом,

Не снегирь ли на ветках поёт?

Этим звуком пронзительно чистым

Знаменуется пули полёт.

Продвигаясь по лесу на лыжах,

Слышу грохот разрывов вблизи,

На дороге движение вижу –

Мне навстречу подвода скользит.

Изогнувшись у самого края

И с лицом неживой белизны

В ней лежит человек, умирая,

Он уже не увидит весны.

Разве правильно гибнуть сегодня

И других убивать наповал?

Ощущаю кошмар безысходный –

Поскорее бы он миновал…

Перевод с финского Алексея Михайлова

 

ПРОЩАЙ, КИРВЕСМЯКИ! (отрывок) (Hyvästi, Kirvesmäki!)

Был сущий ад над нашей головой,

Клянусь, как будто огненная лава!

Как Высший Суд там, на передовой…

Не нужно чести никакой иной,

И благодарности тупиц, и славы…

 

Итог я твёрдой подведу рукой.

Сожжённый лес лишь видел боль атаки…

Прощай, край Тайпале, мой дом родной!

Побит, изранен, но живой, живой!

Прощай навеки хутор Кирвесмяки!

 

Перевод с финского Михаила Васькова

 



Другие новости


 Михаил Васьков: Разобщенные карантином. О деликатном аспекте самоизоляции
Михаил Васьков: Поэзия Авроры Невмержицкой-Власовой. Белые сны о России в краю белых ночей…
Михаил Васьков представляет: Летние мотивы в поэзии прибалтийско-финских народов

Новости портала Я РУССКИЙ