Лидия Шундалова: Судьба русского либерала. Князь Андрей Григорьевич Гагарин

Лидия Шундалова: Судьба русского либерала. Князь Андрей Григорьевич Гагарин

21/08/2020 00:05

Санкт Петербург, Лидия Шундалова, NEWS.AP-PA.RU Сама ли жизнь привела князя в объятие либеральных идей или проводником стало его любовное увлечение, трудно сказать.

 

Те, кто мало-мальски со мной знаком знают мой непоседливый характер, тягу к странствиям, когда вдруг бросаешь все и устремляешься по темной тропе неизведанного. Не могу сидеть на месте и заниматься своим делом, надо мне перемещаться в пространстве, попутно глазеть по сторонам и впитывать в себя разного рода информацию.

Этот год, несмотря на разные коллизии, не стал исключением. И в древний город Порхов меня «заносило» целых два раза - до эпохи короновируса, и совсем недавно, когда решили мы с подругой малость попутешествовать по Псковской земле.

Именно в первый свой приезд удалось мне увидеть Холомки, бывшее имение князя Андрея Григорьевича Гагарина. Во второй раз проследовали мы мимо, хотя не скрою, хотелось вновь окунуться в полузабытую атмосферу старого доброго Дома отдыха, подышать елово-сосновым ароматом центральной аллеи, ведущей к дому, выстроенному в лучших классических традициях.

Может и следовало больше не обращаться к этой теме, но поучительные истории всплывают определенные моменты твоей биографии. И сейчас, во время белорусских событий, вдруг ясно вспомнился серый февральский день, усадьба Холомки и жизнь русского либерала, основателя петербургского Политеха, наплевавшего на интересы своего класса, пережившего крах собственных идей и умершего в Советской России в тяжелый 1920 год.

Счастлив погибший за свои убеждения, но несчастен тот, кого убили эти самые убеждения. Князь Гагарин слишком верил в пресловутый европейский путь развития без крови, но с просвещением, не понимал свой народ и одновременно мечтал о глобальном цивилизационном переломе.

Под счастливой звездой

Андрея Гагарина вполне можно назвать баловнем судьбы. Плод союза двух известных дворянских фамилий – Гагариных и Дашковых, аристократ до мозга и костей, он просто был обязан вписать славную страницу в летопись своего рода и России.

Для его отца Григория Григорьевича, брак с Софьей Дашковой, любимой фрейлиной императрицы Александры Федоровны (супруги Николая I) и по совместительству штатной дамой сердца наследника престола Александра Николаевича (будущего Александра II), был вторым по счету и скоропалительным.

Они познакомились на водах. Софья сопровождала цесаревну в поездке в Дармштадт, куда князь, вдовевший уже второй год, приехал с маленькой дочкой поправлять здоровье. Тут-то все и закрутилось. Соединению влюбленных способствовала гофмейстерина двора светлейшая княгиня Салтыкова.

Разрешение от императора на венчание было получено почти моментально. Он был рад сбагрить прелестницу-смуглянку в хорошие руки от греха подальше. Брак был заключен 17 августа 1847 года в Дармштадте.

Андрей родился 22 декабря 1855 года и был у своей матери четвертым ребенком, чуть позже родились еще брат и сестра, но быстро умерли. Так он и оставался «младшеньким» со всеми плюсами и минусами этого звания.

Светлая голова

Григорий Григорьевич Гагарин слыл личностью примечательной. Обер-гофмейстер двора Его Императорского Величества, вице-президент Императорской Академии художеств, он посвятил себя живописи, и пусть считался художником-любителем, его работы и поныне украшают Русский музей.

Андрей же со всей страстью увлекся инженерным делом, конструированием. Железки, схемы – эти чисто мальчишеские занятия - вносили толику разнообразия в размеренную повседневную жизнь. Позже физика и математика стали уже настоящим призванием.

После частного пансиона и Ларинской гимназии он пожелал «грызть» гранит науки в Петербургском университете, куда и поступил в 1874 году на физико-математический факультет. После второго курса рванул в Северную Америку, где с интересом, граничившим со страстью, изучал металлургию на рудниках Скалистых гор.

Свое обучение в университете Андрей завершил в 1878 году. За диссертацию «Удобнейший способ предварительного вычисления солнечных затмений и подобных явлений с предвычислением полного затмения 1887 года» ему были присуждены ученая степень кандидата наук и большая серебряная медаль.

Но не того жаждала его душа, хотелось работать на благо Родины. Влияли на него семейные разговоры о долге и правило, впитанное с молоком матери, что дворяне, особенно из Рюриковичей, должны служить Отечеству.

Побыв немного вольноопределяющимся гвардейской конной артиллерии, Андрей сдал экзамен на офицерский чин и в 1884 году окончил Михайловскую артиллерийскую академию по первому разряду.

Вскоре в Артиллерийском журнале была напечатана его диссертационная работа, посвященная вопросу оптимальной нарезки орудий. После чего последовало приглашение на службу в Петербургский арсенал.

Исследование свойств материалов его захватило целиком и полностью. Столь ненавистный многим нынешним студентам сопромат стал его любимым делом на многие годы. Андрей становится заведующим механической лабораторией (по сути, он и был ее учредителем) и занялся совершенствованием приборов, применяемых в тогдашней практике испытаний материалов.

Поработав с разрывной машиной Мора и Федегарда, он сконструировал электрическое приспособление для автоматического уравновешивания усилий. Новация была тут же подхвачена и внедрена на киевском и брянском арсеналах, на тульском, сестрорецком и ижевском оружейных заводах, и на санкт-петербургском патронном заводе.

Тогда же он начал работу над крешерным прессом. Впоследствии прибор был назван «пресс Гагарина», именно за него он получил золотую медаль на Всероссийской промышленной выставке в Нижнем Новгороде. Другое его изобретение «круговая линейка Гагарина» над которой он работал, еще в Михайловской артиллерийской академии, было удостоено золотой медали уже на Парижской Всемирной выставке 1900 года.

В 1885 году карьера князя Андрея находилась в зените. Неверная Фортуна улыбалась ему и подмигивала, завлекая новыми проектами. Чего же еще не достает перспективному, целеустремленному и преданному своему делу мужчине? Разве что семейного гнездышка.

Княжна Оболенская

Меня часто забавляет один почти риторический вопрос, почему человека, успешного во всех отношениях начинает тянуть девка-революция, почему в головах родовой аристократии вдруг появляются и блуждают темные мысли о гармоничном переустройстве общества, каковое может обернуться для них же самих жизненным крахом, изгнанием и забвением.

Преследовали ли отпрыски знатных фамилий простые материальные интересы, надеясь сконцентрировать в своих руках всю власть, просто выкинув царя на свалку истории, или то были чистые идеи о вселенском благе.

Конечно, для «думающей» России конца XIX века после эры преобразований Александра II становилось естественным мечтать о дальнейших реформах и припасать для собственной страны крепкие либеральные рельсы, в образованных кругах европеизированного дворянства своего рода моветоном считалось рассуждать как-то иначе.

Но все же вопрос, каким путем идти России своим, исконным или западным либеральным какой-то вечный, повторяющийся из века в век.

Сама ли жизнь привела князя в объятие либеральных идей или проводником стало его любовное увлечение, трудно сказать. Правда лишь в том, что перспективный ученый стал вхож в дом князя Оболенского, государственного деятеля эпохи «великих реформ», действительного тайного советника и статс-секретаря.

Сам Дмитрий Александрович умер в 1881 году, но осталась его семья и кружок единомышленников. Андрея Гагарина привлекала его младшая дочь Мария. Супруга Дмитрия Оболенского, в девичестве Трубецкая, поражала современников своим характером, причудливо сочетавшим христианские добродетели и светскую пустоту.

Балы, развлечения были ее стихией, по сути, она так и не смогла свить крепкого семейного гнезда, и дом ее был подобием проходного двора для всех друзей и знакомых.

Мария и Андрей сыграли свадьбу в июле 1885 года. Работа по-прежнему составляла основную часть жизни новоиспеченного молодожена.

В 1891 году Гагарин был командирован во Францию в составе комиссии по приемке 500 тыс. винтовок Мосина, изготавливавшихся по заказу российского правительства на местном оружейном заводе. С 1895 по 1900 год он занимает должность помощника начальника Санкт-Петербургского орудийного завода. Но будущее готовило ему главный сюрприз.

Политех

7 января 1900 года по инициативе и представлению министра финансов Витте князь Андрей Гагарин назначен директором создаваемого с нуля Петербургского политехнического института.

Директор должен был решить массу проблем от выработки положения об институте и постановки преподавания до строительства студенческого городка.

В марте 1900 года вместе с главным архитектором Виррихом он отправился в месячную командировку по учебным заведениям Европы. Придирчиво осмотрев 37 из них и изучив учебный процесс, Гагарин взял, как ему казалось, лучшее из возможного.

Центральным органом его детища стал Совет профессоров института, по существу независимый и принимавший решения сообразно текущему моменту, навязать что-то извне было практически невозможным. Идея такого самоуправления грела директорскую душу и давала возможность игнорировать взгляды правительства на существующий порядок вещей и полицейские распоряжения.

Блестящий преподавательский состав позволял готовить столь нужных стране инженеров. Цвет профессуры составили К. П. Боклевский, И. А. Мещерский, А. С. Посников, Н. А. Меншуткин, М. А. Шателен, В. В. Скобельцын, И. М. Гревс и другие.

Только вот время для обучения было тревожным. Институт распахнул свои двери в 1902 году, через три года страна содрогнется от выстрелов Кровавого воскресенья, начнется первая русская революция.

Мятежный институт

Что и говорить, я как выпускница и бывший научный сотрудник Политеха, горжусь своей Альма матер. Плеяда великих ученых, таких как лауреаты Нобелевской премии П.Л. Капица, Н.Н. Семенов, Ж.И. Алферов, академики А.Ф. Иоффе, И.В. Курчатов, А.А. Радциг, Ю.Б. Харитон, генеральный конструктор О.К. Антонов, так или иначе была связана с моим родным вузом, кто-то преподавал, кто-то заканчивал.

Но не стоит забывать о начале XX века, когда революция владела умами будущих инженеров, а расположенная поблизости Выборгская сторона с ее крупными заводами и фабриками выступала в роли своеобразных мехов раздувающих пламя антиправительственного бунта в студенческой среде.

В Политехе делали взрывчатку для терактов, хранили оружие, в общежитиях прятали революционеров-нелегалов самых разных течений. Здесь одно время учился Михаил Фрунзе, и наверное «школа Политеха» с бесконечными спорами-разговорами, да Кровавое воскресенье сделали из него того, кем он в итоге стал.

И над всем этим волнующимся и разноголосым студенческим морем стоял его директор князь Гагарин, готовый отстаивать права любого своего студента, идти на конфронтацию с правительственными чиновниками, полицией, да хоть с самим царем.

Министр финансов Коковцев мог сколько угодно обвинять Андрея Григорьевича в бездействии и потворстве революционерам, тот считал институтское самоуправление, возможность проводить свою политику фундаментом, на котором зиждиться все здание учебного процесса. Пусть будет как в Европе и точка.

К тому же он искренне считал причиной студенческих волнений несовершенство существующего строя, а посему проведение обысков и отлов революционеров были, по его мнению, бессмысленными занятиями.

(Продолжение следует)

Лидия Шундалова

Фото автора 



Другие новости


 Лидия Шундалова: Храм в Юкках. Знамение времени
 Лидия Шундалова: Забытое наследие русской Финляндии. На развалинах Ала Кирьолы
 Лидия Шундалова: Пирс «Стакан». Сны на яву

Новости портала Я РУССКИЙ