Дмитрий Филиппов: Следующая станция.... Парк Победы...

 Дмитрий Филиппов: Следующая станция.... Парк Победы...

17/09/2020 13:58

Дмитрий Филиппов, NEWS.AP-PA.RU А главное в том, что война в рассказах Карасёва становится дурной привычкой, как курение. Ты куришь, потому что куришь, и никак не можешь бросить это гиблое дело.

 

Самое неблагодарное для критика дело – это писать рецу на неизданную книгу. Ну, как не изданную… Не напечатанную. Мы ведь как привыкли: если книги нет «в бумаге», она не засветилась в шорт-листах крупнейших премий, о ней не написали Галина Юзефович или хотя бы Анна Жучкова, то ее как бы и нет в природе.

И это отчасти верно, потому что как книга может существовать в природе, если ее никто не читал? Зачем такая книга нужна? Но это дилетанта подход, а продвинутый читатель уже сейчас понимает, что издание «в бумаге» и шорт-листы премий отнюдь не являются знаком качества.

Но при этом он не готов впустую тратить свое время, ковыряться в сети и начитывать самотек, чтобы раз в полгода выудить никому не известную нетленку. Ему нужен маркер, некий указатель, или поводырь в жестоком мире современной русской литературы. Но и здесь не все так однозначно.

Во все времена таким маркером становилось сарафанное радио, но в наш век победы маркетинга и рекламных технологий над здравым смыслом и литературным вкусом так называемый глас народа ни разу не показатель.

Что остается делать? Довериться мнению людей, чей литературный вкус коррелирует с вашим. Потому что хорошая проза в наше время – редкий зверь. Поди еще добудь его. В общем… Одно умное слово во вступлении есть. Поехали! 

Роман Александра Карасёва «Парк Победы» - это не роман в привычном нам смысле слова, в нем нет единого непрерывного повествования. Но это и не сборник рассказов, набранных хаотично по принципу «все, что написал».

В «Парке Победы» есть хронология событий, есть главный герой, который из рассказа в рассказ носит разные имена, но мы понимаем, что это один и тот же герой, некий его собирательный образ.

И, самое главное, в тексте имеется ярко выраженное эпическое начало. Из кусочков пазла складывается объемная картина жизни отдельно взятого мужчины, которая была бы никому не интересна, если бы это не был архетип воина. Но в этот устоявшийся архетип автор вносит свою ложку дегтя: в нем нет ничего героического.

Карасёв – мастер короткого рассказа. Проза его очень плотная, иголку не вставишь. Нет лишних слов или запятых. Нет небрежностей. Чувство языка абсолютное, иногда даже нарочитое. Так выпускник иняза разговаривает, приехав в Америку: правильными конструкциями, все, как учили.

Наверное, поэтому Карасёв многим непонятен: мы отвыкли от такой литературы, мы привыкли к стилистическим блохам в тексте, потому что «ну, а чо такова, мы все так разговариваем». Даже описания природы или погоды, которые любой автор гонит по конструктам, доставшимся в наследство от классиков, и которые, окромя строкажа, никакой цели не преследуют, - у Карасёва подчинены авторской задаче, будь то создание атмосферы или усиление образа. Сами образы точно очерчены, скупы.

В описании боя, например, вы не найдете кровищи и разорванных взрывом тел. Карасёву вообще не нужны метафоры и виньетки в тексте. Все главное автор зашифровывает в деталях, заставляя читателя пошевелить извилиной.

«В окопах первой линии орудовали штрафники. Потеряв полсостава своей роты, теперь они безжалостно добивали раненых. Гренадеры Второго ударного батальона по ходам сообщения занимали вторую траншею, устанавливали пулемёты и бросали линию связи».

Это из рассказа «Предатель». Бой в нем насыщен подробностями, напитан энергией, все на взводе, все до предела, и только в конце описания читатель понимает, что бой – игрушечный, это мальчики играют в солдатиков.

А сам рассказ, разворачиваясь неторопливо, усыпляя бдительность, бьет в самом конце единственным точным ударом и отправляет читателя в нокаут. Как и чем – не буду рассказывать, иначе станет не интересно читать.  

Чеченский цикл «Парка Победы» - это проза человека воевавшего. Мужская проза. Больше всего похожа на рассказы Хэмингуэя. Как Хэм через ловлю форели показывает душу вернувшегося с войны («На Биг-Ривер»), так и Карасёв в своих текстах никогда не ударит в лоб. Офицеры пьют водку, бьют солдат, выполняют идиотские приказы, трусят, убивают врага и погибают сами – но не это главное.

А главное в том, что война в рассказах Карасёва становится дурной привычкой, как курение. В ней нет ничего героического, нет подвигов и «грудью на пулеметы». Ты куришь, потому что куришь, и никак не можешь бросить это гиблое дело.

В городском цикле центральным произведением становится повесть «Эльвира». Повесть об одиночестве и невозможности счастья. Не потому что нет любви, не потому что человек слаб или грешен. Просто счастье тоже имеет свойство превращаться в привычку.

Герой Карасёва не в состоянии преодолеть себя самого, свой характер, он не в силах изменить законы жизни, а подстраиваться под них не хочет и не будет. Он волк-одиночка, который давно уже не воет на Луну. Хотя завыть иногда очень хочется.

По сути Карасёв всю свою жизнь пишет один большой роман, и обречен его дописывать, пока рука способна держать перо. Но это не страшно, если роман получается. А у него получается.

Карасёва давно не печатают, не номинируют на премии, не приглашают на ТВ или литературные семинары, конференции, фуршеты. Фигура он неудобная, характер тяжелый. Оно и понятно, если человек привык говорить правду в глаза, то он никогда не сделает успешную карьеру, будь то хоть цирк, хоть литература.

Если человек знает себе цену, то за две копейки свой текст он тоже не отдаст. Гонорар может быть символическим, но не должен быть унизительным.

Оттого и размещен «Парк Победы» на платформе Ridero, оттого и не знает о нем широкий читатель. Нельзя сказать, что роль литературного диссидента подходит Карасёву, но и в литературные генералы он не стремится.

Такой уж характер у человека. Скверный, прямой, как доска, злопамятный и жесткий. С таким характером не книжки писать, а в Следственном комитете работать. Но может, и не смог бы другой человек написать такую книгу. Откуда нам знать, из какого сора что растет?

Если найдется когда-нибудь для Карасёва российский Макс Перкинс, то позволю ему дать только один совет: не надо править этого автора, не надо влезать своими пальцами в его текст, не надо компоновать по-своему рассказы.

Надо просто с благодарностью взять рукопись и напечатать в авторской редакции. Заплатить денежку, чтобы человек мог купить пива и сигарет. А дальше книга начнет жить собственной жизнь. Как это всегда и бывает с настоящей литературой.

Дмитрий Филлипов

Фото ok.ru 


Другие новости


 Дмитрий Филиппов: Костыли и самокаты, или что происходит с русской литературой
Дмитрий Филиппов. На розжиг. Михаил Елизаров

Новости портала Я РУССКИЙ