Станислав Ливинский. Стихи разных лет

Станислав Ливинский. Стихи разных лет

28/06/2018 00:19

Ставрополь, Станислав Ливинский, AP-PA.RU Новые стихи известного поэта Станислава Ливинского.

ХХХ

 

Не друзей армейских, не присягу
я, дружок, запомню навсегда,
а пединститутскую общагу,
утро, послевкусие стыда.

В городке пристроек и бараков,
где случилось встретиться и жить,
задавила «скорая» собаку,
некому её похоронить.

Отнести хотя бы на помойку,
а потом пристроить собачат.
Прилетают голуби и сойки,
по кормушке клювами стучат.

И смешно заглядывая в окна,
из-за крошек ссорятся, как мы.
Я тебя, дружок, дежурно чмокну
и на свет шагну из полутьмы,

где на остановке, замерзая,
проклиная город-зимний-сад,
люди в ожидании «сарая»,
как приговорённые стоят.

 

 

 

 

 

ХХХ

 

 

 

Вот представитель поколенья,
он каждый день выходит в чат.
И дух болящ и песнопенья
в его наушниках звучат.

Он что-то пишет, с кем-то спорит,
он сам себе наметил цель.
Герой, практически Печорин,
его последняя модель.

Ему бы всё на свете бросить
да и сорваться бы туда,
где осень – это просто осень,
и всюду затхлая вода.

Где за Машук луна садится
и солнце медленно встаёт.
И так поют чудесно птицы,
хотя совсем не знают нот.

 

ХХХ

 

Летним вечером где-нибудь в Ялте
или может в Алуште, не суть,
где курортники, как бы сказал ты,
друг на друга похожи чуть-чуть.

Где торчат, как забор, кипарисы
и у пирса полно голубей,
и тебя соблазняют Лаисы
всевозможных мастей и кровей.

Воспевая, как чайка на столик
приземляется в летнем кафе,
и закат повторяется в море,
а потом – в предпоследней строфе.

Проходя руки в брюки по пляжу,
где дудит пароход на трубе,
что уже без малейших натяжек
бесподобно само по себе.

 

ХХХ

 

Учителям и мы заглядывали в рот,
но этот – мэн крутой с испанскою бородкой.
Ах, как он говорит, самозабвенно пьёт
и как тверда его нетвёрдая походка.

По своему красив, надушен слегонца,
он взглядом раздевал красавиц легковерных.
Он был таким, как мы, похожим на отца.
Он выпил к сорока годам свою цистерну.

И вот мы собрались внезапно, налегке
и на него глядим с надеждой и испугом,
как будто вызвал он последний раз к доске
и на прощанье нас поставил полукругом.

 

 

 

ХХХ

 

 

 

Вот и выпьешь, и вспомнишь то жаркое-жаркое лето.
В сумке щётка зубная, подтяжки и смена белья,
«Письма римскому другу», но друг не напишет ответа.
Эсемески от римской подруги, а дома – семья.

Весь такой белый-белый, втянувши живот на лежанке,
шапку сложишь из карты, от майки следы на спине.
Станешь, как Одиссей, тосковать по любимой в загранке,
накупать сувениры родне.

А на землю сойдёшь, и она словно лодка качнётся,
и под воду уйдёт, но сперва накренится слегка.
Набегает волна, отражается крымское солнце,
надувные плывут облака.

Вот ведь память, как баба, носи ей цветы и конфеты.
Ходит-бродит по кругу, своих насаждает богинь.
Черновик, сочинение – как я провёл это лето,
в смысле – жизнь.

 

ххх

 

В пышном доме графа Зубова
тенор пел в холодной зале.
И круги от века грубого
проступали под глазами.

Вот и наше поколение,
ничего не знало лучшего.
Мы учились делу Ленина,
но цитировали Тютчева.

Зажигали рок с подружками,
назначали им свидания
то у памятника Пушкину,
то на Площади Восстания.

Постигали жизнь-прелестницу
по застёжкам на одежде.
Мы, конечно, перебесимся,
если нас не шлёпнут прежде.

Станислав Ливинский

Стихи публикуются по согласованию с автором

Фото Галина Булатова


Другие новости


Олег Одинцовский: Всемирный отдел подотчистки сетей готов с маузером выйти в реал
Дмитрий Цюрупа: BLM обвинило Навального в расизме
Ксения Сток: Шведское Рождество нетрадиционной ориентации

Новости портала Я РУССКИЙ