Михаил Васьков, Клуб 20/12: Тайна Золота Пруссии или кенигсбергская версия. Часть 1

Михаил Васьков, Клуб 20/12: Тайна Золота Пруссии или кенигсбергская версия. Часть 1

10/08/2020 00:03

Москва, Михаил Васьков, КЛУБ 20/12 Мир услышал тысячи версий о нахождении Комнаты. Кто только к этой теме не прикладывал руку – и писатели и журналисты и авантюристы... (4-я тетрадь Клуба)

 

 

«Загадки истории имеют свои разгадки, тайны – никогда…» (Древнеиндийская мудрость)

Где только не ищут Янтарную комнату – в Германии и Австрии, в Польше и Литве, в Чехии и Словакии, в России и даже в Южной Америке! Уже казалось, что это уникальное произведение искусства вот-вот найдут, но очередная версия лопается, как мыльный пузырь.

Автор этих строк считает, что бесценная историческая ценность находится на нашей территории – в Калининградском анклаве РФ – поскольку во время отступления из Восточной Пруссии нацисты попросту не успели вывезти Янтарную комнату из Кенигсберга…

 

Кладоискатели на пляже

…Трое дюжих молодцев в водолазных костюмах с баграми и металлоискателями деловито копошились метрах в двадцати-тридцати от берега, периодически погружаясь в мутноватую от поднятого ила воду Куршского залива.

Время от времени они подавали какие-то знаки стоящим на берегу людям, часть из которых была в форме ВМС Литовской республики. Один из гражданских – загорелый рослый бородач-блондин (типичный прибалт!) залез по колено в воду и скрупулезно фиксировал действия водолазов на видеокамеру.

Молчаливые полицейские в сине-зеленой форме с шипящими рациями лениво отгоняли за оцепление немногочисленных зевак (в основном, туристов), и местных тележурналистов, норовящих пробраться поближе к месту событий…

Такую живописную картину довелось наблюдать Вашему покорному слуге несколько лет назад, в доКОВИДную эпоху, неподалеку от маленькой рыбацкой деревушки Прейла, затерявшейся в дюнах и сосновых борах литовской части Куршской косы.

Естественно, даже во время отпуска профессиональное оперское, следовательское и журналистское (а за свою карьеру довелось поработать в трех этих «ипостасях») любопытство не позволило пройти мимо, и, поднапрягши свой подзабытый с советских времен литовский, я поинтересовался у собравшихся:

Что случилось? Утонул кто-то?

– Да что вы, какой утопленник?! Сразу видно, что вы приезжий, не в курсе наших новостей… Янтарную комнату ищут! – уловив в моей речи акцент отозвалась дородная белокурая дама в пляжной шляпке. – Немцы экспедицию организовали. Только вряд ли они что-то получат, впрочем, как и Россия.

– Почему? – несколько удивился я от столь категоричного резюме дамы.

– Потому что клад, если он там, конечно, есть, находится в литовской земле! – перейдя для убедительности на русский и вежливо улыбнувшись, дама отвернулась, показывая, что разговор исчерпан.

…Из местных СМИ я узнал, что увиденная мной экспедиция была, действительно, организована немцами – одной из телекомпаний ФРГ. Немецких тележурналистов заинтересовал рассказ некоего Рихарда Питча и его двоюродного брата Ганса Станча – уроженцев Неринги, переехавших после войны в Германию.

Старики рассказали репортерам, что в конце сорок четвертого со стороны Кенигсберга в Прейлу пришли два катера Кригсмарине. Матросы выгрузили из них пару десятков каких-то ящиков и отнесли в прибрежную харчевню.

Ящики якобы сложили в леднике, где хранилась рыба. Со временем часть берега, в том числе и это место, опустилась, ее затопило водой. Кузены почему-то считают, что в этих ящиках могли находиться части знаменитой Янтарной комнаты.

 

Версия, шитая белыми нитками

Версия эта, даже на первый взгляд, шита белыми нитками. Ведь и дилетанту ясно, что ледник рыбацкой харчевни – не самое, прямо скажем, лучшее место для хранения музейных ценностей. Тем более если речь идет о таком хрупком и капризном материале, как янтарь.

Идиотами расчетливые и аккуратные немцы никогда не были, разве что что в советских послевоенных фильмах. Сокрытие всего, представляющего ценность, нацистами производилось тщательно, планомерно и педантично, в специально приспособленных для этого местах, с привлечением специалистов, а не случайных людей, и уж, разумеется, не в присутствии нежелательных свидетелей.

Кстати, работы по захоронению ценностей продолжались до самого последнего дня Рейха, несмотря на непрерывные налеты союзной авиации и артобстрелы наступающих советских войск…

Идейный вдохновитель «литовской» экспедиции – немецкий тележурналист Маркус Шмидт надо полагать, не особо расстроился, что Янтарной комнаты в заливе не обнаружили. Ведь в те дни, как оказалось, он параллельно снимал фильм об истории Куршской косы (коса – часть Мемельланда или совр., Клайпедского края, принадлежала, кто не в курсе, до 1945 года Германии), и кадры о поиске сокровища прекрасно в него вписались.

Хотя, отдадим Шмидту должное, подошел он к проекту со всей немецкой обстоятельностью – отыскал в Германии спонсоров, оплатил использование современной гидротехнической аппаратуры, договорился о помощи со стороны саперов ВМС Литвы, а также, на всякий случай, добился права на эксклюзивную видеосъемку всех поисковых работ.

Хотя… Скажу уже не как журналист, а как юрист, найди в Куршском заливе немцы что-либо ценное, непременно возникли бы проблемы правового характера…

 

Версии-близнецы

Не знаю, как у вас, а у меня сообщения о поисках Янтарной комнаты в разных уголках мира вызывают лишь грустную улыбку. Где ее только не искали и не ищут – в Восточной и Западной Германии, в России и  Австрии, в Польше и Литве, в Чехии и Словакии, даже в Южной Америке! Неподалеку от чешско-германской границы, говорят, до сих пор старички-энтузиасты каждое лето роют землю в Судетах.

После войны мир услышал три тысячи версий о возможном нахождении Комнаты. Кто только к этой вечно живой теме не прикладывал руку – и писатели и журналисты, кинематографисты и криминалисты, авантюристы и кладоискатели, археологи и черные копатели, астрологи и ясновидящие, бизнесмены и политики. 

Рассказывают, даже «всенародно избранный» Борис Николаевич как-то спросил своего «друга Гельмута»: «Не у вас ли, понима-а-шь, Комната?» Тот лишь руками развел…

Самое любопытное, что все новые версии похожи друг на друга, как однояйцевые близнецы. Один старик-немец (поляк, литовец, бывший французский или советский военнопленный, партизан, «остарбайтер») в 1944-ом или в 1945 годах видел (слышал со слов очевидцев, лично участвовал в операции), как в таком-то месте несколько грузовиков (подвод, катеров, машин), из которых эсэсовцы (солдаты Вермахта, военнопленные, «остарбайтеры», согнанные для работ местные жители) вынесли двадцать (тридцать, сорок, сто) ящиков (коробок, палет, мешков, пакетов) чуть ли не с надписью на них «Янтарная комната» и спрятали их в подвалах старой кирхи (в костеле, рыцарском замке, баронском имении, на пивном, кирпичном заводе, или вот – в харчевне).

Затем, как водится, всех непосредственных исполнителей акции и возможных свидетелей из окрестных деревень расстреляли или сожгли. Уцелел лишь один человек, который почему-то все эти годы молчал…

В принципе, чисто по-человечески немецких старичков понять можно. Депортированным с территории Восточной Пруссии (после войны янтарный край, как мы помним из истории, поделили между собой Польша и СССР) или из упомянутых Судетов (они вновь отошли к единой тогда еще Чехословакии) страсть как хотелось побывать на родине перед смертью, показать родные места детям и внукам.

А ведь до 1991 года, к примеру, Калининградская область РСФСР оставалась наглухо закрытой для иностранцев. Так что единственной возможностью там побывать была лишь «святая ложь» о знании тайны захоронения Янтарной комнаты или каких-либо иных ценностей, на которую советские власти иногда клевали.

Хотя кое-кто из немцев стремился на родину вовсе не от ностальгии по отеческим гробам, и уж, конечно, не из-за Комнаты, а в надежде под «янтарную» сурдинку отыскать припрятанные фамильные ценности и архивы, которые во время эвакуации или депортации в спешке не успели вывезти. Но кто их за это осудит?

Как, впрочем, и журналистов, для которых любая возможная сенсация, или просто «подогревание» интереса к теме – хлеб насущный. Понять можно и доморощенных кладоискателей, надеявшихся (по-моему, совершенно напрасно: кто бы им дал?!) на «положенные» по закону 25% вознаграждения. Кстати, по различным оценкам, современная стоимость Комнаты, колеблется от 50 до 300 млн долларов.

 

Янтарная комната осталась в Кенигсберге?

А вот как понять специалистов, которые должны были сразу отметать подобные «свидетельства» и «версии»? Зарплату отрабатывали, надеясь на русский авось? Ведь не могли же они, право слово, не знать об имеющихся показаниях десятков свидетелей, что в конце марта – начале апреля 1945 года Комната всё еще находилась в осажденном советскими войсками Кенигсберге? В противном случае грош цена им как профессионалам.

Дело в том, что с 30 января сорок пятого кольцо блокады вокруг бывшей столицы Тевтонского ордена и Восточной Пруссии замкнулось. И нацисты вряд ли рискнули бы вывозить Комнату очень ненадежными морскими и воздушными путями: к тому времени капитан Александр Маринеско уже потопил в ледяных водах Балтики вышедший от прусского берега транспорт «Вильгельм Густлов», а превосходство «сталинских соколов» в воздухе стало просто подавляющим.

К тому же, как известно, верхушка Рейха очень увлекалась мистикой. А советники-маги нацистских бонз полагали, что ни при каких обстоятельствах «золото Пруссии» (Янтарная комната) и «серебро Пруссии» (ритуальная утварь Тевтонского ордена) не должны покидать родную землю.

Пока они на родине, пока стоит их «защитная оболочка» – Королевский замок, в сакральном плане Пруссия, де, остается непокоренной, а следовательно всегда будет жить и надежда на возрождение пресловутого «прусского духа»…

Кстати, не исключено, что это прекрасно понимали и «посвященные» союзников. Иначе почему англо-американская авиация так настойчиво и в полном смысле варварски бомбила в конце августа сорок четвертого центра Кенигсберга? Ведь это вовсе не было связано с военной необходимостью. И почему предметом «особого» внимания союзных летчиков был именно Королевский замок?

Дипломатические дары или «сомнительная сделка»?

Здесь, пожалуй, стоит сделать небольшой исторический экскурс и рассказать о самой Комнате. «Янтарный кабинет» (как раньше называли это произведение искусства) был изготовлен прусскими мастерами в начале XVIII века специально к восшествию на трон первого короля Пруссии Фридриха I по проекту выдающегося архитектора и скульптора Андреаса Шлютера.

Янтарным кабинетом собирались украсить галерею замка Шарлоттенбург. Однако при жизни Фридриха ни кабинет, ни галерея закончены не были, а новый король – Фридрих Вильгельм I, осуждавший «мотовство» отца, приказал работы прекратить.

В 1716 году русский царь Петр I со своим «великим посольством» гостил у своего венценосного собрата Фридриха Вильгельма. В те дни Пруссия и Россия искали союза для нанесения совместного решающего удара по тогдашней сверхдержаве – Швеции. И Фридрих-Вильгельм I преподнес русскому монарху традиционный для германских курфюрстов и герцогов дипломатический дар – янтарь, в виде панелей для Янтарного кабинета, а также… яхту.

Петр в долгу не остался и одарил щедрого хозяина полусотней гренадеров двухметрового роста для прусской королевской гвардии. Такой вот произошел между государями обмен. Равноценный или нет, судите сами. Только многие немцы впоследствии стали называть его «весьма сомнительной сделкой».

Янтарные панели между тем были доставлены морем в Петербург, где Петр по возвращении из Европы, приглядевшись повнимательнее к прусскому подарку, теряет к нему всякий интерес. Достаточно долгое время он лежит в царских запасниках и извлекается на свет Божий только дочерью Петра – императрицей Елизаветой Петровной.

По ее приказу янтарными панелями сначала украшают Зимний, а в 1755 году – Летний дворец в Царском Селе. Работы ведутся под руководством знаменитого архитектора Растрелли. К 1770 году, уже в царствование Екатерины II, Янтарная комната (как стали называть шедевр), наконец, приобретает свой «классический» вид.

После оккупации гитлеровцами питерских предместий германские газеты с целью соответствующей обработки общественного мнения Третьего Рейха развертывают широкую кампанию о «необходимости возвращения шедевра в лоно матери-родины».

В результате, Янтарную комнату изымают из Большого Екатерининского дворца и привозят в Кенигсберг. Естественно, что нацистскими СМИ всё это преподносится, как «акт спасения с линии огня доблестными солдатами Вермахта величайшего творения немецких мастеров».

В Кенигсберге Комнату, изрядно потрепанную и временем, и «линией огня», и перевозкой, поручают отреставрировать местному специалисту по янтарю – директору Прусского музея изобразительных искусств и хранителю знаменитого Кенигсбергского янтарного собрания доктору Альфреду Роде.

Реставрация признается удачной, и Комнату с начала 1942 года по весну 1944 года экспонируют в Королевском замке. Однако после случившегося в замке пожара и начала регулярных бомбардировок города союзниками, от которых янтарные панели стали осыпаться, их снимают и переносят в замковое подземелье. Дальнейший ход событий начисто лишает нацистов возможность экспонировать шедевр…

 (продолжение следует)

Михаил ВАСЬКОВ, для Клуба 20/12

 

Нида-Зеленоградск-Калининград-Исаково

 

 

 

Фото с сайта postila.ru             



Другие новости


Михаил Васьков, Клуб 20/12: Гуд бай, Америка! К итогам президентства Трампа
Игорь Комаров, Клуб 20/12 Город полон неожиданностей Из записок сотрудника московской милиции. Часть 4
Дмитрий Епишин, Клуб 20/12: Моменталка

Новости портала Я РУССКИЙ