Игорь Комаров, Клуб 20/12: Город полон неожиданностей. Из записок сотрудника московской милиции. Часть 3

Игорь Комаров, Клуб 20/12: Город полон неожиданностей. Из записок сотрудника московской милиции. Часть 3

11/01/2021 00:14

Москва, Игорь Комаров, КЛУБ 20/12 Начиная с 1991 года Красная площадь довольно долгое время напоминала Комову перекресток дорог из фильма «Бумбараш».

 

…Начиная с 1991 года Красная площадь довольно долгое время напоминала Комову перекресток дорог из фильма «Бумбараш». Сюда сбредались рокеры, панки, футбольные фанаты. От этой пестрой публики у милиции рябило в глазах. Арт-группа «Э.Т.И» провела свою нашумевшую акцию, выложив телами на брусчатке слово из трех букв. Казаки пытались устроить порку нагайками обокравшего их банкира, выполняя решение схода.

По революционным датам являлись колонны коммунистов возлагать цветы Ильичу. А Виктор Анпилов со своими сторонниками приходил к Мавзолею почти еженедельно. На славянские и церковные праздники их сменяли монархисты и черносотенцы с хоругвями в руках.

Были еще кришнаиты в цветастых одеяниях, которые устраивали шествие к Покровскому собору с требованием почему-то передать этот храм им. Музыкант и шоумен Паук желал снять клип непременно у Мавзолея, а «Любэ» запечатлели себя на Лобном месте…

 

Об авторе

 

Эти заметки, написанные от третьего лица, автобиографичны. За главным героем Игорем Комовым скрывается сам автор – подполковник милиции Игорь Николаевич Комаров. Фамилии других персонажей также изменены, но у всех есть реальные прототипы.

Игорь Комаров пришел в милицию в 1978 году после службы в Вооруженных силах. Начинал рядовым милиционером, поступил в Московскую специальную среднюю школу милиции МВД СССР. Затем продолжил образование и окончил Всесоюзный юридический заочный институт, ныне МГЮА имени О.Е. Кутафина. После окончания учебы работал на офицерских должностях в территориальных отделениях столичной милиции. 16 лет служил в отделе милиции по охране порядка на Красной площади ГУВД Москвы.

14 октября 1995 года вел переговоры по освобождению захваченных в качестве заложников туристов из Республики Корея. Закончил службу в 2004 году в должности начальника межрайонного отдела по борьбе с правонарушениями в области охраны окружающей природной среды УВД Центрального административного округа Москвы (экологическая милиция).

В своих записках автор рассказывает о себе, своей учебе и работе, в основном о буднях милиции Китай-города в 80-е – 90-е годы ХХ века – период, когда распался Советский Союз и происходило становление новой российской государственности.

 

Экстремисты и чудики

Странных личностей Игорю по службе встречалось немало. Например, Светлана М. из Могилева, мастер спорта по прыжкам с парашюта. Одно приземление оказалось неудачным. Кости остались целы, а вот на психику это пагубно повлияло.

Ежегодно Светлана отмечала свой день рождения – 25 мая – «салютом» на Красной площади: вдребезги разбивала бутылку с газированной водой о стену Мавзолея. Маленькую и хрупкую Светлану невозможно было увидеть в большой толпе туристов во время смены почетного караула у входа в Мавзолей. Посмотреть на смену часовых под бой курантов здесь собиралось огромное количество людей.  

Были и такие неуравновешенные люди, что покушались на тело Ленина. Один человек пытался взорвать гроб, но немного не рассчитал, не учел нескольких минут, которые ушли на смену почетного караула. В итоге взрыв произошел при входе в Мавзолей, а не в траурном зале.

Другой злоумышленник пришел в Мавзолей, подвесив на шею металлический диск от гантели. Ручных металлоискателей тогда еще не было. После того как диск зазвенел в рамке, замаскированной под ограждение, мужчину похлопали по местам где обычно прячут оружие, и пропустили. Войдя в траурный зал, он бросил диск в хрустальный гроб; но тот выдержал удар.

Были и любители перелезать через стены Кремля. Кто, так сказать, по велению внутреннего голоса, кто на спор. Чаще это происходило со стороны набережной Москвы-реки. Один такой шутник, вообразив себя, вероятно, индейцем, остался лишь в набедренной повязке и стал обстреливать территорию Кремля из лука со стороны Кремлевской набережной. Он очень напугал двух дворников, рядом с которыми в газон начали вдруг вонзаться стрелы. «Индейца» отправили на лечение, а когда его выписали, Комов лично вернул ему лук под честное слово, что подобное не повторится.

Для профилактики разного рода эксцессов на Кремлевской набережной стали выставлять отдельный милицейский пост. Больше, однако, ни одного преступления или даже административного правонарушения за всю историю отдела здесь зафиксировано не было.

Сейчас, выйдя на набережную, Комов увидел одинокую фигуру постового. Это был сержант Фирсов, которому фарцовщики дали прозвище Угрюмый. Позже его стали звать так и сослуживцы. Фирсов обычно стоял на посту в позе этакого ангела смерти: ссутулившись, прижав ладони к бедрам и уронив голову на грудь. Лицо его при этом выражало скорбь и презрение к окружающим.

Охочие до расспросов туристы обычно обходили его стороной. Фирсов доложил по уставу, что на посту без происшествий, и от себя добавил мрачно: «Да что здесь может быть».

(Через несколько лет, когда Фирсову исполнилось 38 лет, он ушел на досрочную пенсию и устроился охранником в коммерческую организацию, расположенную в Замоскворечье. Во время ночного дежурства на него напали бандиты и убили, а труп сожгли. Преступление так и не было раскрыто. С охраняемого объекта тогда ничего не похитили. Возможно, грабителей спугнули, но почему у них нашлось время сжечь труп охранника? А вдруг от него захотели избавиться, поскольку он узнал какую-то коммерческую тайну и шантажировал руководство фирмы, желая получить большие деньги – мечту всей своей жизни?..)

Комов вышел к Александровскому саду. Происшествий здесь случалось мало, но как-то один рисковый парень умудрился залезть на крепостную стену, там, где ее высота составляет 17 метров. Со стены верхолаз прыгнул в окно Арсенала, попав в казарму Кремлевского полка. В этот момент грянул сигнал подъема.

Нарушитель увидел рядом с тумбочкой дневального, который как раз зашел в казарму поднять подразделение, дверь и шмыгнул прямо в кабинет заместителя командира. Открыв шкаф, он обнаружил форму офицера Кремлевского полка. Тут его осенило, что в таком обмундировании он сможет выйти из Кремля.

Как только он переоделся, то услышал шум за дверью и спрятался в шкафу. Представьте теперь чувства хозяина кабинета, когда тот, открыв шкаф, увидел этого чудика в своей форме!

Александровский сад был ритуальным местом для молодоженов. Они возлагали цветы к могиле Неизвестного Солдата. Поэтому здесь всегда дежурили два постовых милиционера. Цветы лежали на могиле целый день, а ночью их собирали дворники и относили на контейнерную площадку. Осенью в прохладные и дождливые дни цветы долго сохраняли свежесть.

Милиционеры стали договариваться с дворниками, чтобы те не выбрасывали такие букеты, а откладывали их отдельно. После смены они забирали эти цветы и дарили их своим девушкам.

Когда эта информация дошла до Комова, он объявил сотрудникам, что уволит каждого, кто попадется ему на глаза с подобным букетом, как за мародерство. Еще припугнул, что возмездие за грехи не заставит долго себя ждать. И то сказать: один любвеобильный сержант как-то, спрятав букет под плащ-накидкой, спешил к предмету своих ухаживаний прямо по проезжей части и был сбит машиной. Отделался он переломом ноги.

Несчастный лежал на мостовой в шинели, затянутый в портупею, практически по стойке смирно и не мог подняться, а вокруг него были рассыпаны многочисленные гвоздики. Сослуживцам сержант потом говорил, что ощущал себя так, будто находится на собственных похоронах. Инцидент возымел воспитательное значение. Больше на цветах в отделе Комова никто не экономил.

Сегодня на посту № 3 и № 4 в Александровском саду несли службу два сержанта – Василий Кужаев и Николай Правдонин. Василий был деревенский парень, коренастый, приземистый и очень упорный. Несколько лет он копил на мотоцикл «Ковровец». Сам он любил выпить, но на спиртное не тратился из экономии. Зато, когда предлагали другие, не отказывался и даже искал повод угоститься сам.

Так, однажды, отварив картошки, привезенной из деревни, он обнаружил, что у него кончилась соль. Пошел к соседям по общежитию и застал их за праздничным столом – они собрались отметить 25-летие сослуживца. На столе стояли две бутылки водки, яичница из домашних яиц, деревенское сало, нарезанное крупными ломтями, квашеная капуста, огурцы и рассыпчатая отварная картошка.

Не успев переступить порог, Василий заявил, что может залпом выпить стакан водки и потом еще пол-литра. Соседи, никогда не видавшие подобного удальства, согласились понаблюдать. Василий действительно залпом осушил стакан, затем поллитровку и рухнул на пол. Именинник и гости поняли, что попались на удочку.

Водку во времена борьбы с пьянством купить было почти невозможно, она отпускалась строго по талонам. С того раза в общежитии, когда видели подвыпившего милиционера, говорили иронично: «Сходил за солью».

А «Ковровец» Кужаев все-таки купил. Затем частично разобрал его, повесил раму мотоцикла на шею, а колеса взял в руки и со словами «Своя ноша не тянет» отбыл к себе в деревню. Жильцы общежития, глядя, как он сгорбился под тяжестью мотоцикла, отпускали саркастические замечания. Вася воспринимал все колкости в свой адрес как проявление зависти. Он героически донес свое чудо техники до вокзала и сел в поезд.

Напарник Васи Николай был его полной противоположностью: высокий, стройный, манерами чем-то похожий на лермонтовского Печорина, педант и аккуратист. Ему прочили большое будущее. Парень был, как говорится, с головой, к тому же со связями, заочно учился в Академии МВД. Увы, радужные прогнозы не сбылись. Через несколько лет офицер Правдонин погиб от шальной пули при задержании преступника на Гоголевском бульваре.

Комов выслушал доклад сержантов, сделав отметки о времени проверки службы, и двинулся дальше. Вот и Театральная площадь. Шумливые радикалы-анпиловцы помитинговали и уже разошлись. Спешили куда-то по своим делам прохожие. Жаль, подумал Игорь, что в революционном угаре 1991 года снесли памятник Свердлову.

Надо было вовремя перенимать опыт Хамовников, где местные власти предусмотрительно сняли надпись с монумента Энгельсу на Кропоткинской площади. Понадеялись, что соратника Маркса примут за Курчатова. Так и вышло. А когда страсти улеглись, надпись вернули на место.

По Кремлевскому проезду он вновь вышел на Красную площадь. Подумалось, что отдельной заботой их отдела были потенциальные самоубийцы, желавшие покончить с жизнью непременно возле Кремля. Некоторые обливали себя бензином и поджигались, но делали это, как правило, поближе к наряду милиции. Поэтому огонь быстро гасили, а горе-смертников отправляли подлечиться.

Один такой отчаянный камикадзе даже обмазал себе асбестом промежность. Поджечь себя он не успел, поскольку, торопливо выливая себе на голову бензин из трехлитровой банки, облил проходящего мимо мужчину. Этот прохожий был родом с Кавказа. Последовал удар в глаз, спички у поджигателя вылетели из рук, и, пока он их искал под ногами удивленных туристов, его задержали.

Были суицидники, которые вешали под пальто резиновую грелку с бензином, разрезали ее через ткань лезвием бритвы, а в руке держали наготове зажигалку. Самое страшное, что жар пламени попадает в легкие, и они страдают больше всего. Люди эти обычно хотели обратить на свои жалобы внимание властей, а в итоге попадали в больницы с ожогами внутренних органов; был ли от этого толк, сложно сказать. Второй раз они, как правило, не появлялись.

Один мужчина, потратив все деньги в Москве и отчаявшись, что не может вернуться домой, выпил для храбрости и полоснул себя ножом прямо по сонной артерии. Драма разыгралась у Лобного места. Врачи скорой, видя, сколько крови он потерял, предупредили сотрудника отдела, что вряд ли довезут его до больницы живым.

Оперуполномоченный, вызванный на место происшествия, переписал его данные из паспорта, по ним связался с родственниками самоубийцы, сообщив о случившемся. Те собрали деньги на похороны и на взятом в аренду микроавтобусе уже через двое суток были в Москве. Даже гроб с собой привезли. К счастью, человек тот выжил и был рад встрече.

 

На перекрестке времен

28 мая 1987 года на Красную площадь попытался совершить посадку 18-летний пилот-любитель из Гамбурга Матиас Руст на своем спортивном самолете. Приземлиться он смог только на Большом Москворецком мосту. Увидев самолет над Красной площадью, находившиеся там наряды милиции встревожились, однако дежурный их успокоил, сообщив о заявке на проведение съемок, подписанной комендантом Кремля.

В съемках должен был участвовать вертолет, но в ходе длительного утверждения подобных документов кинематографисты часто что-то меняли. После такого пояснения появление легкомоторного самолета было воспринято как должное. А вот когда аппарат приземлился и пилот заговорил «по-тевтонски», изумлению не было конца!

Немного раньше, когда Игорь нес службу на посту № 1, ему самому пришлось задержать летчика, причем отнюдь не иностранного. Одетый в военную форму с голубыми петлицами, тот человек быстро шел вдоль трибун Мавзолея. Это удивило Игоря: офицер был ему не знаком, а по дорожке мимо трибун ходили обычно только те, кого он знал в лицо.

Когда офицер приблизился к Мавзолею, Игорь пошел к нему навстречу, но «пилот» перепрыгнул через ограждение и попытался вбежать внутрь сооружения. Через некоторое время его уже усаживали в машину скорой психиатрической помощи, а он сопротивлялся и кричал, что военные медики его незаконно комиссовали. Оказалось, он планировал сбросить на Мавзолей бомбы со своего бомбардировщика.

А однажды в его дежурство на площади появился парень с газетным свертком. В этом свертке была, как оказалось, припрятана металлическая арматура. Воспользовавшись моментом, когда Игорь находился на противоположном углу Мавзолея, нарушитель подбежал к стоящему за ним бюсту Сталина и отбил вождю нос.

Начиная с 1991 года Красная площадь довольно долгое время напоминала Комову перекресток дорог из фильма «Бумбараш». Сюда сбредались рокеры, панки, футбольные фанаты. От этой пестрой публики у милиции рябило в глазах. Арт-группа «Э.Т.И» провела свою нашумевшую акцию, выложив телами на брусчатке слово из трех букв. Казаки пытались устроить порку нагайками обокравшего их банкира, выполняя решение схода.

По революционным датам являлись колонны коммунистов возлагать цветы Ильичу. А Виктор Анпилов со своими сторонниками приходил к Мавзолею почти еженедельно. На славянские и церковные праздники их сменяли монархисты и черносотенцы с хоругвями в руках. Были еще кришнаиты в цветастых одеяниях, которые устраивали шествие к Покровскому собору с требованием почему-то передать этот храм им.

Музыкант и шоумен Паук желал снять клип непременно у Мавзолея, а «Любэ» запечатлели себя на Лобном месте…

Встреча Нового года вообще напоминала вселенский праздник непослушания. К полуночному бою курантов на Красной площади собирались москвичи и многочисленные приезжие, в том числе иностранцы, проживающие в соседних гостиницах.

С вокзалов прибегали бомжи в надежде на бесплатную выпивку. Нетрезвые Деды Морозы ходили с коробками конфет в руках и угощали желающих. Один чудак принес с собой мини-холодильник, в котором стояли шампанское и бокалы. Совершенно непонятно было, зачем ему зимой понадобился этот аппарат. До полуночи он так нагрузился шампанским, что во время встречи Нового года стал отбивать на холодильнике чечетку.

Безудержно грохотали петарды, вспыхивали искры фейерверков. Веселье продолжалось всю ночь. Утром к приезду уборочных машин площадь напоминала изумрудный город: брусчатка становилась зеленого цвета от огромного количества бутылочных осколков вперемешку с конфетти и петардами.

Задерживать несколько тысяч соотечественников и зарубежных гостей, позволивших себе лишнее на Красной площади во время встречи Нового года, не хотелось. Да и куда их девать? Ни одно отделение милиции не вместит столько народа. Не свозить же всех на закрытый стадион в Лужниках! Многие после распада СССР стали понимать свободу и демократию как вседозволенность. Кто-то скажет: жили люди в строгости советских законов, а когда те отменили, опьянели от свободы.

«Может быть, – думал Игорь, – дело в том, что нас постоянно загоняют в рамки не нами придуманного мира, а когда наш человек выбирается из этого батискафа и попадает в открытое море, то начинает смотреть вокруг в поисках суши или спасительного плота. А вот чей ковчег окажется рядом, сказать трудно. Греческие монахи придумали для нас проект Всея Руси с колыбелью в Киеве. Католики слепили нормандскую теорию. Великое княжество Литовское сочинило сценарий монголо-татарского ига. Романовы, получив престол, начали многое менять на европейский лад. Целый народ, сформировавший церковные обряды от Владимира Красное Солнышко в сочетании с уже сложившимися языческими традициями, был подвергнут гонениям и уничтожению и в большинстве своем так и не принял новшеств…

Может быть, надо больше изучать опыт собственных предков? Ведь удалось им из небольшого Московского княжества создать огромное государство Русь без всякой помощи извне. Была построена особая система жизнеобеспечения, которая помогла нации выжить и процветать в сложных климатических условиях. Беря от прошлого все лучшее, не перечеркивая и не критикуя огульно былое, мы сможем жить дальше, не делая больших трагических ошибок».

Недалеко от Красной площади находится Гостиный двор, громадное сооружение, которое строилось для купцов, привозивших товары в столицу. Этот объект располагался на подведомственной их отделу территории, занимая целый квартал между Ильинкой и Варваркой. В советские времена в помещениях Гостиного двора действовали несметное множество разных организаций.

В дежурной части хранился справочник страниц на сто, в котором перечислялись все арендаторы и субарендаторы, использовавшие площади Гостиного двора под склады. Арки в это здание были всегда открыты, а балконные галереи просторны и свободны, поэтому частенько по вечерам их обителями становились наркоманы и фарцовщики.

В 2000-е началась реставрация Гостиного двора. Она продвигалась медленно. Вернуть первоначальный вид двухсотлетнему зданию, превратившемуся от старости в этакий коленвал, было очень трудно, да, как потом выяснилось, и не нужно. Помещения в нем были крайне малы по современным меркам для интереса к ним креативных бутиков. К тому же возникла проблема.

Древние зодчие умели регулировать течение грунтовых вод, так что подвалы зданий в Гостином дворе оставались сухими. С противоположной стороны Ильинки подвалы, напротив, были залиты водой, но эти здания стояли на сваях из мореного дуба, который в воде не разрушается. Уровень грунтовых вод держался одинаковым на протяжении сотен лет.

И вот наши строители, как это часто бывает, копнули не там, где надо, и подвалы Гостиного двора затопило. Остановить воду не смогли даже круглосуточной откачкой и вытесняли ее, закачивая в подвалы бетон для нового фундамента. При этом вода ушла из-под строений, стоявших на сваях из мореного дуба. Материал начал гнить и разрушаться, нависла угроза обрушения многих домов…

Так или иначе, реставраторы все же справились со своими задачами и вернули молодость Гостиному двору. Теперь здесь проходят престижные выставки и форумы.

Пока подвалы Гостиного двора оставались сухими и до них не доходили руки реставраторов, там продолжала собираться разная подозрительная публика. Со временем образовалась настоящая криминальная группа. По ночам члены шайки вылезали из недр здания и промышляли кражами. Ворованные вещи они сбывали здесь же в Китай-городе.

Подвалы Гостиного двора включали массу разветвленных ходов и ям с торчащей тут и там арматурой. В темноте такие провалы могли стать смертельной ловушкой. Члены преступной группировки делали специальные мостки, которые ломали за собой при погоне; в общем, продумывали пути отхода во время облав.

Как-то раз эти «дети подземелья» не поделили добычу. Завязалась драка, главарь был убит, а вся шайка с горя напилась. Строители, работавшие рядом, услышали шум и вызвали милицию. Проснулись бандиты уже в камерах отдела милиции, которая давно искала этих «героев».

Надо сказать, что в Китай-городе множество подвалов, многие из которых не использовались в связи с критической изношенностью стен и потолков. Так, на Никольской улице была целая сеть подземных помещений, предназначенных изначально для хранения купеческих товаров. Под ГУМом – три уровня подвальных «этажей».

По одному из них ездят грузовые машины, привозящие продукцию в магазин. Под зданием Центрального музея В.И. Ленина (ныне филиал Государственного исторического музея), в помещениях бывшей царской пересыльной тюрьмы, сохранились подземные камеры, в которых содержались заключенные, в том числе и Александр Радищев. Они тянутся практически до ГУМа. Вход в подземелье был один, он замурован, но камеры существуют до сих пор.

Напротив Гостиного двора, с нечетной стороны Ильинки, среди старых строений бывшего Богоявленского монастыря, было много брошенных зданий. Узкие улочки между ними привлекали кинематографистов, съемочные бригады снимали здесь, например, сцены фильмов об Испании времен гражданской войны.

Один из таких домов облюбовал глава Русского национального единства Александр Баркашов и разместил здесь офис своей организации. Комова удивило, что националисты выбрали помещение, где не было ремонта на протяжении 40 лет. Дождевая вода из дырявой кровли привела комнаты в жуткое состояние: оторванные обои, отваливающаяся штукатурка, свисающая со стен электропроводка не могли привлечь ни одного арендатора.

Баркашовцы тоже недолго здесь пробыли. Не прошло и двух недель, как в здание ворвались неизвестные люди в масках, надели наручники на присутствовавших членов РНЕ и дали очередь из автомата над головой их руководителя.

Когда следственно-оперативная бригада проводила осмотр места преступления, там присутствовал начальник отдела милиции, который позже рассказал Игорю, что видел в кабинете Баркашова разбросанные на столе квитанции на получение зарплат. Деньги поступали от нескольких известных фирм. Кому-то, значит, было выгодно финансировать этого человека, который одел своих соратников в черную униформу, похожую на эсэсовскую, и сделал эмблемой возглавляемой им организации коловрат, сходный по конфигурации со свастикой.

 

Фото с сайта photosight.ru

 

 

 

 


Другие новости


 Михаил Васьков, Клуб 20/12: Реквием уходящей эпохе или quo vadis, страна? Часть 2
 Михаил Васьков, Клуб 20/12: Реквием уходящей эпохе или quo vadis, страна? Часть 1
Дмитрий Епишин, Клуб 20/12: 22 июня. Время думать головой

Новости портала Я РУССКИЙ