Лидия Шундалова: Вечная классика Мариинки

 Лидия Шундалова: Вечная классика Мариинки

13/02/2021 00:05

Санкт Петербург, Лидия Шундалова, NEWS.AP-PA.RU Мы разучились различать оттенки чувств, одновременно утратили уважение друг к другу. Наш мир слишком плоский и чересчур понятный без красоты и величия. 

 

 

Бывают в жизни моменты, когда начинаешь совершать безумные с точки зрения других поступки. Ну, кажется, чего ради, выкладывать свои и без того жалкие деньги и бежать со всех ног слушать заезжую оперную диву. Но в итоге именно из таких сумасшедших деяний, порой, и состоит жизнь.

Недавний вечер в театре включал сразу несколько заманчивых предложений – во-первых в Мариинке давали «Евгения Онегина», оперу, которую я давно не слушала. А ее постановка… да это лучшее, что когда-либо произвел данный театр, пусть и по моему неискушенному мнению. Во-вторых – это приезд Анны Нетребко, золотого голоса России. Ее я слышала в записях и только в записях, посему восполнить столь досадный пробел давно следовало. В-третьих, были билеты, которые я «могла потянуть».

Не знаю, что служило тому причиной, скорее всего, ковидная история и отсутствие зрителей из числа иностранных подданных. Естественно, и зал был заполнен наполовину по требованиям Роскомнадзора, посему увидеть действие на сцене можно было с любой позиции, даже с той непрезентабельной, что досталась мне.

Что сказать, когда поднялся занавес, и началась то, что было знакомо с детства… На все смотришь иначе с высоты прожитых лет и страданий последнего периода жизни. Декорации переносят в Пушкинские горы, которые я посетила прошедшим летом. Золотая осень, милый дом и дивная музыка «Слыхали ль вы за рощей глас ночной… Они поют…». Нет, эта не постановка, это живое действие, в которое веришь. Оно захватывает тебя с головой.

Признаюсь, наверное, первый раз в жизни я поняла, какой должна быть главная героиня. Татьяна Анны Нетребко не скованна в движениях. Эта страстная девушка, мечтательная мятущаяся натура, желающая несбыточного счастья.

Письмо Татьяны, знаменитая ариетта «Пускай погибну я, но прежде…». И опять видишь живую картину – окно, кровать и красавицу в белом платье, в страстном порыве и с душевной мукой пишущую письмо возлюбленному. Не всегда удается наблюдать единства музыки, режиссуры и актерской игры. Здесь было именно так.

Действие разворачивается и разворачивается. Бал, ссора Ленского с Онегиным, вызов на дуэль. Сама того не понимая я погрузилась с головой в XIX век, во взаимоотношения между людьми, в их быт, страсти, в совсем другой мир. Нелепый случай привел к смерти, но это так закономерно и понятно из произошедшего. Онегин выглядит отрицательным героем на фоне страдающей Татьяны, неуклюжей в чувствах Ольги и взбешенного Ленского.

Все же мы немного другие. Наверное, дело классики ставить высокую планку, показывать образец. Подобное тому, что рассказано в «Евгении Онегине» вполне может случиться и в наши дни, на какой-либо вечеринке, только кончится это либо банальной поножовщиной, либо грязной шуткой.

Мы разучились различать оттенки чувств, и одновременно утратили уважение друг к другу. Наш мир слишком плоский и чересчур понятный без красоты и величия. И судим как часто это бывает с высоты своих моральных принципов, и наверное, поэтому произошедшее пару веков назад оказывается чуть ли не откровением. Во всяком случае, так воспринимаю его я.

Красный рассвет Ленского, дивные арии, вошедшие в золотой фонд русской культуры. Опять единство сюжета, музыки, режиссуры, декораций. Все же, наверное, Ленский Сергея Скороходова несколько отличался от того, что некогда представлял Леонид Собинов, но общее впечатление все равно потрясает душу до основания.

Кажется, что дух Пушкина незримо наблюдает за постановкой. Как знать может великий поэт и сидит где-нибудь в уголке какой-нибудь ложи (кто знает, быть может, и моей) и тоже хлопает в такт всеобщих рукоплесканий.

Последние сцены спектакля… Великосветский прием, пары кружатся в вихре музыки, Татьяна в роскошном наряде с красным беретом и ее ледяной взгляд в сторону Онегина попавшего, как Чадский «с корабля на бал». И потом она же в черном платье в богатом интерьере будуара наедине с предметом своих мечтаний, страдающая, любящая и отказывающая навсегда тому, кого не может забыть.

Изумительный дуэт Татьяны и Евгения - «О! Как мне тяжело!.. Онегин! Я тогда моложе…». Анна Нетребко поставила в конце точку. Скажу сразу, не всякой оперной диве это удается. Понятно, что Пушкин так и не завершил своего «Евгения…», недосказанность перекочевала и в оперу. Многое, очень многое зависит от мастерства исполнителей.

Упал занавес. Потом я долго шла, скользя по ледяным тротуарам мимо замерзшего канала, преодолевая препятствия затянувшейся стройки, грозящей перекроить знакомые места такой знакомой Театральной площади. Шла и думала, что все же опера «Евгений Онегин» - это песнь об одиночестве, непонимании и душевной боли.

Загадки пушкинского произведения и тайны души великого Чайковского слились воедино, и родилось великое трагическое полотно жизни XIX века, опера, которую достойно могут исполнить лишь немногие, несмотря на кажущуюся простоту арий. Донести дух ушедшей эпохи – это задача большого таланта.

Лидия Шундалова

Фото автора



Другие новости


Лидия Шундалова: Ферапонтов монастырь. Дионисий-иконник. Окончание
Лидия Шундалова: Ферапонтов монастырь: свет невечерний
Лидия Шундалова: По следам Анны Вырубовой. Часть II

Новости портала Я РУССКИЙ