Александр Гегальчий: Панкрац. Швейк. Прага. Современность

Александр Гегальчий: Панкрац. Швейк. Прага. Современность

23/04/2021 23:16

Прага, Александр Гегальчий, NEWS.AP-PA.RU Панкрац – это Святой Панкратий, и это не только тюрьма, это целый район Праги, символом которого является все же знаменитая тюрьма.

 

Уже два года езжу по чешским тюрьмам. Читая когда-то о похождениях Йозефа Швейка, и представить себе не мог, что побываю в тех же самых коридорах и камерах - на Панкраце!

Кстати, Панкрац – это Святой Панкратий, и это не только тюрьма, это целый район Праги, символом которого является все же знаменитая тюрьма. Где я некоторым образом прочувствовал мир, который чехи называют "швейковина" или полный «бордель», да еще с криминальным оттенком.

Участвую я в делах Михала К., по мне, так еще мальчишки, который ввязался в драку, но не в родной Праге, а в небольшом провинциальном городке. Местные его «заложили» как зачинщика и главного исполнителя многочисленных легких и средних телесных повреждений и некоторого материального ущерба. Это в Чехии дело обычное.

Я счастлив, что в мои времена «стучать» в такой ситуации было «западло». Я, увы, в молодости дрался, и очень много. И могу легко себе представить, что с сегодняшними подходами к уличной чести, имел бы непогашенную судимость, а может быть и не одну... Оно ведь, стоит начать.

Хорошо, конечно, если только за драку, за «хулиганку», а не за «гоп-стоп» с меховой шапкой, как у президента Януковича. Поэтому, когда мой сначала случайный, а потом и хороший знакомый из чехов Михал «загремел в тюрягу», по-чешски - в «басу», у меня образовались какие-то долги по отношению к нему из моей безмятежной юности.

Я стал писать письма и прошения, ездить на свидания, на суды. Познакомился с явлением «юстиционная мафия». Да-да. И здесь в Чехии, все как у нас: чем больше нарушителей, пострадавших и сидельцев, чем больше жалоб, пересмотров и заседаний суда, тем выше гонорары юристов. И если не будет дел, то их нужно... сделать!

Тюрьма «Прага Панкрац», главным образом, заведение для предварительно заключения, т.е. на время расследования, до объявления приговора. Но в ней довольно много и отбывающих наказание по приговору. Сидельцы самые разные. Больше всего, конечно, чехов. Точнее, чешских граждан, в том числе, тех, которые образовались из словак цыганской народности. Или политкорректно – ромы. Но первенство чехов далеко не пропорционально населению Чехии.

Я был, между прочим, удивлен, что мои земляки-украинцы удерживаются только на втором месте, перед румынами, болгарами, албанцами и разнородными югославами. Арабских беженцев здесь мало, они минуют Чехию и продолжают путь в богатенькую Германию.

На первом, с учетом пропорциональности месте на Панкраце – тихенькие, незаметные вьетнамцы. Контрабандисты и наркоторговцы. Украинцы-западенцы и подкарпатские русины – это воры, участники пьяных междусобойных драк, поставщики «девочек» и рабочих.

Среди редких украинцев-восточников и русских имеются и настоящие бандиты с тяжелыми, почти неподвижными или быстрыми и острыми как бритва глазами. На свидания к ним ходит два типа женщин - располневшие медлительные мамаши или поджарые бывшие проститутки, приодевшиеся... но разве кого обманешь!?

Есть и местные «паханы», рецидивисты, бывалые. Поскольку я не похожу ни на кого из типичных посетителей, а говорю с явным русским акцентом, то прохожу по местной табели о рангах как шеф русской мафии «ве выслуге» - в отставке. Михалу это придает некоторую «уважуху».

А вот при пересмотрах дела это, наоборот, рождает определенную неестественность в полупустых залах заседаний. Правда, во–время одного из таких процессов, очень немолодая судья напряженно, но искренне отметила, что впервые в своей почти 50-летней практике видит, чтобы ходатайствующий об освобождении и обещающий работу осужденному лично выступал на заседании.

Не знаю, помогло это делу? Скорее наоборот, только раззадорило холеную молодую прокуроршу. На мой вопрос нашему адвокату: «Чего это она такая злая? Вроде и у Михала список чистый. И я держу дистанцию, не перебарщиваю по-русски!», он спокойно ответил: «Это у нее уже профессиональное. У них почти у всех. Как болезнь.» Вместо досрочного освобождения Михал был направлен для прохождения заключения в тюрьму строгого режима "Винаржице".

В некотором смысле это было даже улучшением, например, условий "жизни". Радость была преждевременной, - мы не учли, точнее не знали главного недостатка такого переселения: подсчет баллов и дней положительного пребывания в новом исправительном учреждении начался с нуля...

Александр Гегальчий,

Прага.

Фото автора


Новости портала Я РУССКИЙ