Михаил Васьков: Валя-Белочка

Михаил Васьков: Валя-Белочка

29/11/2021 00:31

Москва, Михаил Васьков, NEWS.AP-PA.RU Моя мама – Валентина Григорьевна Захарова прожила относительно долгую, необычайно яркую и многогранную жизнь.

 

 

Памяти моей мамы – Валентины Григорьевны Захаровой. (Заметка, которая, возможно, кому-то поможет сохранить жизнь).

 

Всю жизнь Валя-Белочка несла в мир добро и свет, растила детей, учила их правде и красоте, давала советы, как избегать соблазнов мира, помогала словом и делом друзьям и знакомым, оказывала действенную поддержку ближним, лечила, выхаживала и спасала людей – взрослых и ребятишек. Ее саму, коллеги, увы, не спасли…

После трех дней терапии в ковидном отделении одной из столичных клиник, будучи профессиональным медиком, она успела адекватно оценить формы и методы лечения, уход за пожилыми пациентами и свои шансы на возвращение.

Поэтому перед неизбежным переводом в реанимацию, где ее могучий от природы организм еще пять дней боролся с болезнью, успела, до того, как у нее отобрали телефон, позвонить родным и попрощаться, сказав, что никого ни в чем не винит, у всех просит прощения, всех прощает и благословляет….

 

Военное детство

Моя мама – Валентина Григорьевна Захарова прожила относительно долгую, необычайно яркую и многогранную жизнь. Родилась она перед войной, в 1938 году в Метрогородке в семье первых столичных метростроевцев – Григория Ивановича и Татьяны Николаевны, приехавших в Москву из своих деревень на ударную Всесоюзную комсомольскую стройку.

От своих предков – тверских карелов и вепсов Валентина унаследовала голубые глаза, светлую кожу и ослепительную белизну волос, которые только и бывают и девочек-карелок и вепсянок (именно из-за этого ее прозвали Валей-Белочкой!), могучее здоровье (до семидесяти лет мама вообще ничем не хворала), сильный характер, а также дар прозорливости и целительства.

Видимо, передалась ей некая сила древних калевальских нойдов, которую она всегда использовала во благо. С детства лечила и выхаживала больных и калечных собачек и кошечек, птичек. А как погладит кого из родных или знакомых по голове, так и хвороба проходит… Поэтому, наверное, потом и пошла в медицинский. Непостижимым образом свыше знала наперед о том или ином важном событии, даты рождения детей родни и знакомых и даже назвала дату своего ухода в Вечность…   

Самым ярким воспоминанием детства Вали-Белочки стал июнь сорок первого. Татьяна Николаевна, поехала тогда с дочкой в отпуск навестить своего брата Сергея, который жил в Петрозаводске. Там их и застала война. После немалых раздумий было решено возвращаться в Москву. В пути они несколько раз попадали под бомбежку, а маленькая Валя навсегда запомнила улыбающуюся физиономию конопатого немецкого летчика, который из пулемета расстреливал пассажиров, бросившихся врассыпную из вагонов…

Каким-то чудом, с многочисленными пересадками, через Ленинград (где тогда тоже жила родня) бабушке с мамой удалось добраться до дома. А нашим питерским и петрозаводским родственникам не повезет – большинство погибнет на войне и в блокаде…

Валин папа, мой дедушка – Григорий Иванович, несмотря на метростроевскую бронь, пошел добровольцем на фронт (так уж было воспитано то поколение), а Валина мама, моя бабушка – Татьяна Николаевна пошла рыть противотанковые траншеи на Можайской линии обороны, поэтому на семейном совете маленькую Валю-Белочку решили отправить в Тверскую Карелию, в деревню Житищи Бежецкого района к дальней родне.

До тех мест немец не дошел, там не было бомбежек и артобстрелов, холода и голода.  Нехитрые дары крестьянского огорода, козье молоко да деревенская печка помогали людям выжить в непростое время… Всю жизнь мама молилась потом за своих спасителей – дедушку Павла и бабушку Наталью, теперь за них молюсь и я.

Григория Ивановича на войне ранило, его комиссовали, и он возвратился в Москву, но на Метрострой больше не пошел, поступил, несмотря на отсутствие нескольких фаланг на пальцах правой руки, на службу в военизированную пожарную охрану, где и исполнял (в подразделениях в Черкизове и Сокольниках) свой долг до выхода на пенсию. Татьяна Николаевна пошла работать вагоновожатой, а потом поступила в торговый техникум и, выучившись, стала (тоже до пенсии) продавцом в продмаге.

После того, как фашистов от столицы окончательно отогнали, и в войне наступил перелом, вернулась домой и Валя-Белочка. Она росла доброй, хорошей девочкой. («Кого ты любишь, Белочка?» «Люблю папу, маму, брата Шурку (кузена), кота Пушку и мороженное в вафельной трубочке»).

 

После войны

В победном сорок пятом Валя пошла в школу и стала прилежно учиться. Учеба давалась ей легко, она с жаждой впитывала знания, новые впечатления. Лучше давались предметы гуманитарного профиля – русский, литература, география, история, биология. Хоть и не хотели, по понятным причинам, послевоенные ребятишки учить немецкий, но Валя преуспела и в нем. Нравились потом и химия с физикой. 

Как и большинство тогдашних подростков, Белочка была дружна со спортом. И не просто со школьной физкультурой, а с регулярными занятиями на сдачу норм ГТО. Показывала неплохие результаты по легкой атлетике, хорошо играла в городки, настольный теннис (потом даже в зрелые годы обыгрывала всех на даче или в доме отдыха), отменно плавала (как-то на спор переплыла Истринское водохранилище в не самом его узком месте!). Были у Вали и разряды – по лыжам, стрельбе.  

Хотя стрельба, согласитесь, не совсем «женский» вид спорта. Но ничего удивительного в этом нет, ведь в послевоенные годы многие девчонки росли «пацанками», имели мальчишечьи увлечения. Белочка, к примеру, великолепно играла на биллиарде (помню, не раз она удивляла мужчин в сельском клубе у нас на даче), не пропускала ни одного футбольного матча на стадионе «Сталинец» в Черкизове (на месте современной «РЖД-арены), где соперников тогда принимали сразу несколько столичных команд – «Спартак», ЦДКА, «Локомотив» и «Крылья Советов».

Любимой командой Вали была ЦДКА – символ победившей в войне с фашизмом Красной Армии. Белочка болела за «команду лейтенантов» до момента ее расформирования из-за «политического» проигрыша (югославам) на Олипиаде-1952. Чтобы больше наблюдать за своими любимцами она с друзьями нередко ездила на трамвае и в Сокольники, где в парке (об этом сейчас мало кто помнит) в те годы у армейцев был свой стадион (его потом снесут по указанию Хрущева для строительства павильонов к Американской выставке 1959 года).

В Сокольники же зимой со всех окрестных районов ездили и на каток. Валя, кстати, неплохо катила на беговых «норвегах»…

Ребята вообще росли тогда по-иному, нежели в наши детские и отроческие годы, пришедшие на шестидесятые-семидесятые, не говоря уже про нынешнее цифровое время. Большую часть послешкольного досуга проводили в подвижных играх во дворах, на пустырях, в парках. Казаки-разбойники, скакалки, чехарда, штандр, вышибалы, пекарь, халихало, лапта, чижик, бояре – вряд ли, кто из современных комьютерных деток, занятых «стрелялками» да «бродилками», расскажет о сути этих забав!

Как водится, «враждовали» с соседними районами, где чужакам запросто могли надавать по шее. Помню, мама рассказывала, что какие-то кварталы у них назывались «Страной Лимонией», а какие-то – «Страной Абиссинией». Почему? Бог весть.

По выходным бегали в кино. Белочке нравились сказки – «Золушка», «Каменный цветок», приключенческие картины – «Багдадский вор», «Бродяга» (всю жизнь помнила она песню из этого культового индийского фильма начала пятидесятых, напевая мелодию и отбивая ее ритм на ложках – «алишер пироя, алишер, пироя»), военно-патриотические – «Подвиг разведчика», «Молодая гвардия»…  

Юных пионеров воспитывали в коммунистическом духе. Ребята росли патриотами. На школьных митингах осуждали агрессивную политику стран капитала, империализм, колониализм, расизм… Мама вспоминала, в марте пятьдесят третьего, когда умер Сталин, в школе все навзрыд плакали. («Как же мы теперь жить-то будем без вождя?!»). Белочка не удержалась – с друзьями тайком от взрослых отправилась на похороны кремлевского горца, где чудом выбралась из печально знаменитой давки…

Чтобы поднабрать рабочего стажа, необходимого для более «комфортного» поступления в вуз, после окончания школы Валя пару лет потрудилась пионервожатой в детском санатории, у себя же, в Метрогородке. Была любимицей своих подопечных, которые души не чаяли в своей Вале-Белочке. Она разучивала с ними пионерские и молодежные песни, учила играть ребятню на музыкальных инструментах. Сама Белочка с детства, как и вся ее родня по папиной линии, играла на гармони, аккордеоне, потом на курсах освоила и фортепьяно…

 

Кино

Возвращаясь к теме кино, отмечу, что в середине пятидесятых оно вполне могло стать Валиной профессией. Однажды на улице Горького к ней, гулявшей с подругами, подошел режиссер Станислав Ростоцкий, искавший тогда типажей для своей кинокартины «Дело было в Пенькове», и предложил сняться. Белочка и снялась там в нескольких эпизодах – в библиотеке, в клубе, на клубной сцене, где, как она шутила потом, «лежала под Тихоновым».

Помню, мама рассказывала, как Ростоцкий командовал на съемках: «Вон ту, мордастенькую, снимите еще разок крупным планом!». Этот фильм всегда в нашей семье, среди родных, друзей и знакомых смотрели именно на предмет показа в нем мамы. К слову, даже в брошюре серии «советские артисты» про Вячеслава Тихонова есть кадр из «Пенькова», где изображена и Валя-Белочка…

Может быть, для других девушек такой поворот и стал бы весомым поводом попробовать поступать в театральный, но Белочка, решившая еще в детстве идти в медицинский, мечте не изменила. Хотя и снялась (конечно, тоже в эпизодах и массовках) еще в нескольких фильмах.

Навскидку вспомню картины «Девушка с гитарой», «Матрос с «Кометы». А на «Капитанской дочке» во время съемок на Воробьевых горах Валя познакомилась со своим будущим мужем – моим папой Юрой, потомком выходцев из Речи Посполитой и Юга России.

Когда снова они встретятся через какое-то время на вступительных экзаменах в медицинской – оба поймут, что это судьба. Вот так, причудливо переплетутся потом в детях мамины и папины корни – Север и Юг, Запад. Это, наверное, и могло произойти только в такой многонациональной и многоукладной стране, как наша…

 

Работа

Институт Валя-Белочка окончила с красным дипломом, выбрав специализацией психопатологию и психоневрологию. Работала в больницах и поликлиниках Куйбышевского, Сокольнического, Первомайского районов, а какое-то время – и в Куйбышевском райздравотделе.

Скромно и незаметно исполняла свой врачебный долг. Дома о работе никогда не рассказывала. Разве что об одном своем пациенте – Игоре Филатове. Мужчина-строитель упал с лесов с большой высоты, и результаты падения были самыми плачевными. Помимо многочисленных переломов и ушибов, у него пропали память и речь. Никто не давал ему никаких шансов не то, что на возвращение профессиональных навыков, а на то, чтобы вообще просто не жить остаток дней «овощем».

Уж не знаю, почему, Валя-Белочка взялась его выхаживать. И ведь выходила, излечила! Инвалидом, конечно, он остался, но смог, что называется, себя обслуживать. Память и речь мама по разработанной ей самой методике ему тоже вернула, он снова выучился читать и писать. И тут выяснилось, что Игорь после войны, оказывается, жил в соседнем с Белочкой доме. Но понятное дело, поскольку он был ее старше, она его, тогда, конечно, не знала. Получается, она вернула к жизни своего соседа.

Всю жизнь потом мама «вела» этого пациента, помогала ему советом, дружила с его семьей. Наверное, это было предметом ее профессиональной гордости, в хорошем смысле этого слова.

Между тем папа, получившей в институте специализацию в области болезней органов слуха, в шестидесятые-семидесятые тоже считался одним из лучших в столице молодых врачей и ученых. Он неделями пропадал у себя в лаборатории, писал диссертацию, поэтому семью реально тянула Валя-Белочка. Сумела сохранить ее, несмотря на некоторые деликатные моменты…

Сначала родился я, потом мой братик Рома. (Ваш покорный слуга станет офицером, а брат – хоккеистом). Чтобы было больше времени на детей, мама переквалифицировалась в дефектолога и логопеда. Пошла работать в «непрестижный» спецдетсад-ясли в Поселке Подбельского, выхаживая ребятишек с отклонениями в психике и речи. Немалым подспорьем к семейному бюджету была и возможность работы там еще на одной ставке – музыкального работника…

Летом, во время отпуска, когда была помоложе, Валя-Белочка выезжала в пионерлагерь подработать по давно тоже освоенной специальности – пионервожатой. Польза тут была двойная – и денежка не лишняя, и свои дети, которых она пристраивала в разные отряды, были, что называется «на глазу».

 

На пенсии

…Когда, получив медаль «Ветеран труда», мама вышла на пенсию, то еще несколько лет ездила на Подбельского кормить своих подопечных кисок. («Чего ты туда гоняешь-то через всю Москву?!» «Ну как же – там мои Рыжик с Васькой и Дымка с котятами!»).

Любовь к животным Валя-Белочка пронесла через всю свою жизнь. У нас и в семье всегда были коты, и на даче все окрестные кошки и собаки летом «подъедались» в нашем доме. Мама, уже будучи под семьдесят, в своем духе осенью и зимой время от времени часто тайком от членов семьи ездила туда (три-четыре часа в один конец!), чтобы привезти вкусняшек всеобщей дачной любимице Мурке и ее пушистому потомству…

Такое поведение было для нее нормой. Покормить или оказать помощь животным было для нее также важным, как, например, ни свет, ни заря, помчаться на фабрику-кухню за молоком для своей первой внученьки Ирочки, рождению которой она очень обрадовалась. («Будет, в ком наше продолжение!»).

А уж когда родилась вторая внучка Машенька, как две капли воды похожая на бабушку Валю в детстве (вот как передались гены через поколение!) – такая же белобрысая и голубоглазая «чухонка», то радости вообще не было предела…

На пенсии Валя-Белочка не унывала. Всегда находила себе занятия – и в городе, и на даче. Продолжала вести хозяйство, консультировала нуждающихся пациентов, вела, если кто просил, праздники, играя на аккордеоне. Как и всегда на протяжении всей своей жизни, писала стихи к памятным датам родных и знакомых. Рифмы лились у нее сами собой…

Чтобы не дать памяти застаиваться, много читала, разгадывала кроссворды любой сложности, увлекалась гороскопами, эзотерической литературой. Будучи исключительно грамотным человеком, всегда проверяла мои статьи, следила за ними в газетах, журналах, потом в интернете...

Часто общалась с друзьями, с которыми вспоминали молодость, работу, переживали в лихие девяностые развал страны, крушение идеалов юности, а затем и развал всё и вся советского – в том числе и одной из лучших в мире (если не лучшей) системы здравоохранения, в которой они трудились по сорок лет и больше...

 

Обретение Веры  

Увы, с этим пришлось вскоре столкнуться напрямую и нашей семье. Сначала, когда папе стало плохо на дороге после конфликта с вымогателем-гаишником, к нему полчаса ехала скорая, и его не стало – просто некому было оказать помощь.

Потом пострадала и сама мама. Пришла с травмой пальца (играла в волейбол) к поликлиничному херургу (именно через букву «е»!), который стал зачем-то колоть ей кеналог, да еще по неправильной схеме. («А давайте-ка, коллега, поэкспериментируем! Не бойтесь, это не опасно!»)

В результате у Вали-Белочки оказалась поврежденной вся система костной соединительной ткани, и она постепенно утрачивала возможность ходить! Для мамы, которая привыкла все время и всюду бегом и только бегом, это было, конечно, огромным ударом с трудом передвигаться на палочках…

Зато после несчастья осознанно пришла к Вере. Нет, не то, чтобы раньше не верила – и в храм иной раз ходила, и молилась по случаю. Но тут с Валей-Белочкой действительно произошло духовное преображение. Молиться она стала каждый день, утром и вечером, а в храм, когда была возможность ее привезти, всегда заезжала. Недаром говорят, что Господь, чего-то лишая, что-то обязательно дает взамен, и часто гораздо более важное для нашего спасения – ибо Он милосерд и любит нас!

...Еще одним ударом для мамы стал трагический уход в Вечность в результате несчастного случая моего младшего брата. (И снова скорая ехала непозволительно долго!). Но Белочка не отчаялась, не усомнилась в конечном счете в непостижимом для нас Божьем промысле, лишь стала еще более усерднее молиться и каяться, особенно за аборты, допущенные в молодости по неведению. («Эх, время-то было безбожное, мы и не ведали, что это грех!» «Вернуть бы всё назад – всех бы родила, всех бы воспитала, как бы трудно не было!»).

До последних дней Валентина сохраняла здравый ум и добрую память. Когда не могла уже выходить на улицу и подкармливать животину, стала кормить с балкона или на кухонном подоконнике голубей. («Прочитала, кто голубушек кормит, с него все грехи снимаются, и он в Рай попадет!»).

 

Доброго тебе ответа у Всевышнего, мамочка!

…В середине октября мы с мамой съездили на дачу – закрыть дом до весны, заехали на кладбище навестить могилы брата Ромы, бабушки Татьяны Николаевны и дедушки Григория Ивановича. Думали – простыли в дороге или на даче, собирая яблоки. Ошибка первая: в период пандемии сразу обращайтесь ко врачу при малейших признаках ОРЗ! Затянули на целую неделю! Всё думали, само пройдет…

Но тут знакомые, у которых был накануне, сообщили, что у одного из членов их семьи обнаружен ковид. И хотя непосредственно с носителем вируса не общался, в квартиру-то их заходил! Решил в этой связи вызвать врача на дом. Экспресс-тест показал, ковида нет, но на следующий день взяли ПЦР – тут он уже был положительным. Участковый врач дал противовирусные препараты, но становилось хуже.

Ошибка вторая: при ухудшении состояния, сразу настаивайте на КТ! Ведь «дельта»-штамм очень агрессивный и атакует легкие! Тем более, что только там дают более или менее адекватные лекарства, в том числе и антибиотики, необходимые для лечения ковидной пневмонии (развивается не у всех).

По состоянию маму госпитализировали. («Неужели кто-то будет выхаживать восьмидесятилетнюю бабушку?» «Даже не сомневайтесь, ей обязательно помогут!»). Мне разрешили лечиться дома…

После трех дней терапии в ковидном отделении одной из столичных клиник, будучи профессиональным медиком, Валя-Белочка успела адекватно оценить формы и методы лечения, уход за пожилыми пациентами и свои шансы на возвращение. («Ниночка, сестренка, за целый день никто ни разу не подходит! Даже стакана воды не дают!»). Я не сужу этих маминых коллег. Бог им судья! Хочется верить, что не было никакого злого умысла, а был неписанный врачебный закон: спасают более молодых, зашиваются, всем помочь не успевают…

Перед неизбежным переводом в реанимацию, где могучий от природы организм Белочки еще пять дней боролся с болезнью, она успела, до того, как отобрали телефон, позвонить родным и попрощаться, сказав, что никого ни в чем не винит, у всех просит прощения, всех прощает и благословляет

Перед Всевышним Валентина предстала истинно верующим человеком, даже несмотря на то, что нательный крест, как я понял, тоже отобрали. («С украшениями (?!) в реанимации не положено» – на мой вопрос, на ней ли крестик, пояснил дежурный врач, до которого удалось дозвониться, несмотря на все цифровые препоны – прямой связи с медперсоналом не допускают!). 

«Ничего!» – ободрил знакомый батюшка отец Александр, который совершал обряд отпевания. Валя-Белочка лежала в домовине помолодевшая, страдания последних дней и лет не читались на ее челе. Она была спокойна и полна радости – из реанимации сумела узнать через санитарку-гастарбайтершу, что сыну разрешили лечиться дома, и в больничку не забрали…

Когда отец Александр приоткрыл крышку гроба, чтобы положить освященную землю и дать в руки новопредставленной разрешительную молитву, солнышко неожиданно вошло через храмовой окно, и его лучик пробежал по лицу Белочки. Так светило попрощалось со светлой Валей…

Прости меня, милая мамочка за всё! Особенно за то, что не сумел распознать всю опасность и коварство новой коронавирусной инфекции, что из-за болезни и карантина не смог должным образом проводить тебя в последний путь! (Кузена сказала: «Это испытание для сильнейших!»). Только вышел попрощаться с тобой перед домом, куда на минуту заехал печальный кортеж…

Помню все твои слова – от колыбельных, которые ты мне пела в детстве («Спи мой воробушек, спи мой сыночек, спи мой звоночек родной!». «Ты, синичка, где была? Где ты гнездышко свила?»), до последних, которые я услышал от тебя, словно наказ. («Выздоравливай, дурачочек мой маленький!»).

Обещаю тебе: я постараюсь обязательно окончательно выздороветь и преодолеть последствия этой злой болезни! А ты, моя родная, спи спокойно! Ты будешь жить во мне и в твоих внучатах! Доброго ответа тебе у Всевышнего в сороковины! Сколь буду жив, сколь дней отпустит мне Господь, буду молиться о тебе, мамочка-звездочка моя! Помолитесь и вы за Валечку-Белочку, люди милые, она была хорошим и достойным человеком!

 

Михаил ВАСЬКОВ, для АП-ПА

 

Фото автора



Другие новости


Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 4
Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 3
Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 2

Новости портала Я РУССКИЙ