Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 4

Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 4

24/06/2022 23:20

Москва, Михаил Васьков, NEWS.AP-PA.RU Немногие оставшиеся в живых солдаты и офицеры противника настолько потрясены, что лишились способности к какому бы то ни было сопротивлению/

 

 

Стороны ищут способы выхода из войны

Между тем, пока на Карельском фронте продолжалась позиционная война, и стороны проводили свои разведывательно-диверсионные рейды, положение на других фронтах постепенно стало меняться в диаметрально противоположную сторону.

Осенью сорок второго советские войска начали мощное наступление южнее Ладоги. В ноябре союзники разбили немцев в Северной Африке при Эль Аламейне. Грандиозное многомесячное Сталинградское сражение окончилось окружением и капитуляцией 2 февраля 1943 года крупной немецкой группировки фельдмаршала Паулюса. Становилось очевидно, в войне произошел коренной перелом.

3 февраля 1943 г. в Главной ставке военного командования Финляндии в Миккели руководители страны (Рюти, Рангелл, Виттинг, Таннер, Вальден и Маннергейм) обсуждали сложившуюся военно-политическую обстановку и пришли к выводу, что Германия впервые потерпела серьезное поражение во Второй мировой войне и ее положение будет ухудшаться.

Участники совещания наметили важную стратегическую задачу – искать пути выхода Финляндии из войны и установления нормальных отношений с СССР. Однако присутствие германских войск в стране и их военная мощь делало невозможным идти к намеченной цели прямым путем. Требовалась многоходовая политико-дипломатическая игра…

Руководство СССР, разумеется, также было заинтересовано в выводе из войны столь, как оказалось, неслабого противника, выступающего на стороне Германии. Впервые позицию финнов по заключению мира или хотя бы перемирия Советский Союз начал прощупывать еще в начале сорок второго через советского посла в Швеции Александру Колонтай (по уже имевшемуся опыту контактов в период Зимней войны 1939-40 годов).

Наши предложили мир в обмен на возврат к границам 1940 года. Однако финны тогда на прямой диалог не пошли.

20 марта 1943 года, в свою очередь, американское правительство обратилось к Финляндии с предложением выступить в качестве посредника в переговорах о заключении мирного соглашения с СССР (Соединенные Штаты не были в состоянии войны с Финляндией). Финское правительство, сообщив о предложении американцев Берлину, ответило отказом.

Настроения у финской военно-политической элиты стало меняться по мере неудач немецких войск на восточном фронте. Постепенно военный угар стих и сменился пораженческими настроениями, о планах строительства «Великой Финляндии» пришлось забыть.

Летом 1943 года финские представители начали-таки переговоры с американцами в Португалии. Глава финского внешнеполитического ведомства Карл Рамсай направил в американский госдепартамент письмо с заверением, что финские войска не станут воевать с американскими солдатами в том случае, если они после высадки в Северной Норвегии вступят на территорию Финляндии.

Одновременно летом же сорок третьего через бельгийского посланника в Швеции Кроя в советское посольство в Стокгольме неофициально была доведена информация, что Финляндия ищет пути выхода из войны. Финская сторона предлагала взять за основу переговоров с СССР границы 1939 года, но была согласна на частичную ревизию границы на Карельском перешейке, надеясь получить в качестве компенсации территорию, расположенную ближе к старой советско-финляндской границе, где большинство населения составляли карелы, говорившие на финском языке. (Следует отметить, что эвакуированное в 1940 году при передаче СССР определенных Московским договором районов население, с наступлением Финской армии вернулось на прежние места проживания. – М.В.)

В начале ноября 1943 года социал-демократическая партия сделала заявление, в котором она не только подчеркивала право Хельсинки по своему желанию выйти из войны, но и сообщало, что этот шаг следует сделать без промедления. В середине ноября 1943 года секретарь шведского МИД Бухеман сообщил Коллонтай, что финское правительство желает заключения мира с СССР. 20 ноября Коллонтай попросила Бухемана довести до сведения финских властей, что Хельсинки могут направить в Москву делегацию для переговоров.

В ответе финнов на предложение Москвы говорилось, что Хельсинки готов вести мирные переговоры, но не могут отдать жизненно важные для Финляндии территории и города.

Таким образом, Маннергейм и Рюти были согласны на контакты с Советским Союзом, но с позиции победителей. Финны требовали передачи Финляндии территорий, утраченных по итогам Зимней войны и находившихся в составе СССР на 22 июня 1941 года. В ответ Коллонтай сообщила, что отправным пунктом для начала переговоров может быть только советско-финская граница 1940 года. Все остались при своих…

Активную роль в подталкивании Финляндии к началу нового этапа переговоров о перемирии с СССР сыграли шведы, в частности семья шведских промышленников и банкиров Валленбергов, при посредничестве которых в конце января – феврале 1944 года в Стокгольме были организованы очередные встречи Александры Коллонтай с представителем правительства Финляндии государственным советником Юхо Кусти Паасикиви, который прибыл в Швецию для выяснения советских условий мира.

Правительство СССР выдвинуло шесть основных пунктов относительно прекращения Финляндией военных действий и ее выхода из войны:

1. Разрыв отношений с Германией и интернирование немецких войск и кораблей, причем, если Финляндия считает эту задачу для себя непосильной, то Советский Союз готов оказать ей необходимую помощь своими войсками и авиацией;

2. Восстановление советско-финляндского мирного договора 1940 года и отвод финских войск к границе 1940 года;

3. Немедленное возвращение советских и союзных военнопленных, а также советских граждан, содержащихся в концлагерях или используемых финнами на работах.

Пункты 4, 5 и 6 содержали вопросы частичной или полной демобилизации армии Финляндии; возмещения убытков, причиненных Советскому Союзу военными действиями и оккупацией советских территорий, а также ситуации в районе Петсамо. Эти вопросы предлагалось обсудить в ходе будущих мирных переговоров.

Возвратившись из Стокгольма в Хельсинки, Паасикиви 24 февраля 1944 года сообщил правительству, что «русские условия для финского правительства тяжелые и прискорбные», но они вполне приемлемы с точки зрения сложившегося военного положения Финляндии. Паасикиви подчеркнул, что Советский Союз – это побеждающая сторона в войне и предложил начать прямой переговорный процесс.

Однако немцы, узнав о контактах финнов с СССР, пригрозили финское стороне оккупацией Аландов и острова Гогланд, перегруппировкой сил своих сил на севере Финляндии и открытием боевых действий против Хельсинки. Вот уж поистине не позавидуешь тогдашнему финскому руководству, самому себя загнавшему в безвыходное положение: как говорится, куда ни кинь – везде клин! Решение о выходе из войны снова было отложено…

 

Советское наступление и принуждение Финляндии к миру

9 июня 1944 года в 5 ч. 55 мин. На Карельском перешейке начался настоящий огневой шквал: артиллерия, реактивные минометы и авиация Ленинградского фронта и Балтийского флота в течение десяти часов разрушали оборонительные сооружения в первой полосе обороны финских войск.

Финский главнокомандующий маршал Маннергейм писал в мемуарах об этом моменте так: «Началась такая сильная артиллерийская подготовка, какой мы никогда не видели ни в одной из наших войн. Насколько она была мощна, можно представить, если учесть, что гром был слышен в Главной ставке (в Миккели – М.В.), и даже в Хельсинки, или на расстоянии 220-270 километров!»

Финский «передок» буквально сровняли с землей: были уничтожены большинство дотов и дзотов, бронеколпаков, проволочные заграждения – снесены, траншеи – «вспаханы», минные поля перестали существовать, блиндажи и землянки – разрушены. Не только орудия, но и стрелковое оружие финнов было забито песочной пылью, связь прервана. По показаниям пленных, финские войска в результате огневого налета в тот день потеряли до 70% личного состава передовых частей…

На следующее утро войска Ленинградского и Карельского фронтов, взаимодействуя с Балтийским флотом, Ладожской и Онежской флотилиями начали широкое наступление, вошедшее в историю как Выборгско-Петрозаводская операция, или Четвертый сталинский удар.

Его главным направлением (силами трех дивизий и сотни танков) стали позиции финских войск к северу от Ленинграда, в районе старой государственной границы неподалеку от Белоострова. (Соотношение сил в пользу наступающих оценивалось как 6:1). Красноармейцы успешно форсировали реку Сестру, прорвали то, что оставалось от первой полосы обороны финнов, и начали продвигаться по Выборгскому шоссе…

Финские войска, справившись с первоначальной паникой, с тяжелыми оборонительными боями начали отступать на Выборг и Кексгольм (совр. Приозерск). Впрочем, иногда отступление больше напоминало беспорядочное бегство. Многие солдаты попросту дезертировали (таких было, по финским подсчетам, не менее 12 тыс. чел.!). Для восстановления дисциплины и порядка 46 дезертиров расстреляли перед строем. Однако это мало помогло – наступление развивалось стремительно. 20 июня наши взяли Выборг…

21 июня севернее Ладоги советские войска после не менее мощного, чем под Ленинградом, огневого налета, начали форсировать реку Свирь, финны после ожесточенного сопротивления (в районе свирского плацдарма у Лодейного Поля с первого раза нашим десантникам реку форсировать не удалось) стали быстро отступать, поскольку сил для обороны в достаточном количестве не было, ведь несколькими днями ранее отсюда сняли войска для срочной переброски на Карельский перешеек в полосу основного наступления Красной Армии.

Генерал-лейтенант Хасан Харазия, участник тех боев, вспоминал, как выглядели финские позиции у Свири: 

«Нашему взору открылась потрясающая картина. Все вокруг горит и дымится. Вражеская оборона от реки километров на пять в глубину изрыта бомбами и снарядами. Орудия и минометы, исковерканные и обгоревшие, валяются на своих огневых позициях. Траншеи и ходы сообщения разрушены.

Немногие оставшиеся в живых солдаты и офицеры противника настолько потрясены, что лишились способности к какому бы то ни было сопротивлению. Стоят с поднятыми руками и трясутся. Траншеи буквально завалены телами вражеских солдат и офицеров.

А в дотах, к нашему немалому удивлению, мы обнаружили трупы солдат противника, на которых не было никаких следов ранений. Но все – синие. Их поубивало взрывной волной от наших реактивных снарядов, которая проникала через амбразуры в доты».

Спустя четыре дня вдоль северного побережье Ладоги советские войска продвинулись на десятки километров и 25 июня освободили Олонец. Тем временем другая группировка советских войск, наступавшая из Заонежья, 21 освободила Повенец, а 23 июня, несмотря на сильное сопротивление противника, взяла Медвежьегорск и направилась в сторону Суоярви.

Согласно плану операции, советские войска повели наступление на запад в направлении Чебино-Мяндусельга-Поросозеро, и на юг, в направлении Кондопога-Петрозаводск. 28 июня наши войска овладели Кондопогой.

К Петрозаводску красноармейцы подошли еще в середине двадцатых чисел с севера и юга (на юге 22 июня был освобождено Подпорожье, а в результате высадки морского десанта Онежской флотилии 23 июня взяли Вознесенье, 26 июня – Шелтозеро, 28 июня – ближний подступ к городу – село Деревянное).

Разведка выяснила, что финны не намерены оставаться в столице Карело-Финской ССР и начали ее минировать. (Горожане сохраняли спокойствие, только заключенные концлагеря № 6 забросали своих охранников камнями. – М.В.).

Вечером 27 июня финские солдаты покинули Петрозаводск. На следующий день в полдень с Онеги высадился батальон морской пехоты капитана И.С. Молчанова, а утром 29 июня в город вошли передовые части Красной Армии, наступавшие с севера и юга. В тот же день Москва салютовала советским воинам, освободившим Петрозаводск 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий…

В июле-августе в Восточной Карелии Красная Армия потихоньку «отодвигала» финнов, сначала к довоенной границе, а затем и к границе 1940 года. Командующий Карельским фронтом маршал К.А. Мерецков в своих мемуарах позднее вспоминал: «Чем ближе к финляндской границе, тем упорнее становилось сопротивление финнов. Мосты разрушались, дороги запаливались баррикадами из спиленных многолетних деревьев, минировался чуть ли не каждый квадратный метро оставляемой территории».

Тем не менее войска Карельского фронта продолжали наступление. В первой половине июля были освобождены Салми, Питкяранта, Суоярви, Поросозеро, выйдя к 10 июля на рубеж Толва-ярви, а 21 июля 176-я стрелковая дивизия 32-ойармии вышла на государственную границу.

К 9 августа со стороны Восточной Карелии наши войска вышли на линию Кудамгуба-Куолисмаа-Питкяранта и на рубеж Иломантси, завершив, о основном, Свирско-Петрозаводскую наступательную операцию. В Иломантси финны, что называется, «тряхнули стариной», окружив, как это не раз бывало в Зимнюю войну, две советские дивизии. Хотя красноармейцы и понесли значительные потери в живой силе и технике, но «котел» был ликвидирован.

На Карельском же перешейке после взятия Выборга к концу июня – началу июля советские войска вышли на рубеж линии: Выборгский залив – Тали – Ихантала – Вуосалми – Эуряпяя – Вуокса – Ладога. Здесь наступил «момент истины» для Суоми. В случае потери этих позиций путь на Хельсинки и в глубь страны был бы открыт.

Как писали финские историки и исследователи Сеппо Эрвасти и Яакко Весанен, «бои под Тали-Ихантала стали настоящим испытанием финского духа и упорства. Враг был остановлен, независимость Финляндии спасена. Это судьбоносная историческая победа в оборонительном сражении стоила жизни 8 тыс. финских и 22 тыс. русских солдат».

От себя добавлю, что решающее значение в относительном успехе финнов сыграло увеличение их численности за счет солдат, переброшенных от Свири и с Масельгского перешейка. Помогла и спешная помощь немцев, которые поставили финнам значительное количество артиллерии, бронетанковых единиц (большей частью САУ и танкеток), противотанковых средств.

На фронт прибыла и эскадрилья Люфтваффе под командованием подполковника Курта Кухлмея, которая положила конец господству советской авиации в воздухе. Поступление немецкой помощи обуславливалось тем, что президент Финляндии Рюти в те дни лично пообещал Гитлеру продолжать войну, взяв обязательство заключать мир только по взаимному согласию с Рейхом…

Как бы то ни было, но с конца июля советское командование, обратив внимание на трудность наступления, начало переброску сил и средств с Карельского перешейка на другие, более важные со стратегической точки зрения участки фронта – в частности, в Восточную Европу, ведь именно там, на наиболее коротком пути к Берлину, решалась судьба войны.

С финнами вновь же начались политические контакты с целью их убеждения выхода из войны. Наконец-то ситуация сложилась так, что она устроила обе стороны. Поясним, если в начале советского наступления основой для мирных переговоров была бы лишь безоговорочная капитуляция, то после боев под Тали-Ихантала, спасших честь и реноме финской армии, финны посчитали за возможное согласиться-таки (во избежание неизбежного полного поражения потом) на границу 1940 года.

Для этого, впрочем, понадобился авторитет и мудрость старого маршала. Ведь именно Маннергейм (который немцам ничего не обещал) 4 августа 1944 года сменил на посту главы государства ушедшего в отставку президента Ристо Рюти. Маршал, сосредоточив в своих руках и военную и политическую власть в Финляндии, повел дело к долгожданному миру.

В конце августа после совещаний с новым и прежним политическим руководством Финляндии Маннергейм принял условия Сталина (их передали, как всегда, через советского посла в Швеции Александру Колонтай) – разорвать отношения с Германией и потребовать (или выдворить силой) 200-тысячный немецкий контингент, дислоцированный, как мы помним, на севере Суоми.

2 сентября новый президент Финляндии официально объявил о разрыве отношений с Германией, а на следующий день, 3 сентября, отдал приказ о переброске армейских соединений на север.

Одновременно Маннергейм предложил Сталину начать отвод финских войск за границы 1940 года с 6 сентября и обещал, что финны самостоятельно проследят за эвакуацией (или интернированием) немецких частей. В ночь на 4 сентября Маннергейм получил известие, что Сталин принял его предложения.

Соглашение о прекращении военных действий должно было вступить в силу наутро, и в 7:00 финские войска, в соответствии с договоренностью, прекратили огонь. Советские войска продолжали воевать на некоторых участках еще сутки, пока приказ Верховного шел к ним...

19 сентября в Москве сторонами было подписано перемирие (его в 1947 году в рамках послевоенного мирного урегулирования в Европе заменил полномасштабный Парижский мирный договор), положения которого во многом повторяли Московский мир 1940 года. Кроме ранее переданных СССР территорий к Советскому Союзу также отходила Печенга и военно-морская база в Порккала, на правах аренды на 50 лет.

Ее, к слову, в результате «банной дипломатии» Кекконена в 1956 году финнам вернет Хрущев (тот еще был «стратег» и «вождь»!) в обмен на 20-летнее продление советско-финляндского Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, а также отказ Норвегии от размещения на ее территории ядерного оружия и иностранных военных баз (ха-ха!).

Таким образом, последняя советско-финская война официально закончилась. Финляндия начала боевые действия на стороне Объединенных Наций. (В историю они войдут под названием «Лапландская война»). До Победы оставалось еще 9 месяцев…

24 июня 1945 года в Москве прошел Парад Победы. Знамя Карельского фронта на нем несли первым – символ вклада, который внесли его бойцы в защиту нашего Отечества.

 

Михаил ВАСЬКОВ, специально для АП-ПА

Хельсинки-Петрозаводск-Москва



Другие новости


Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 3
Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 2
Война-продолжение. 25.06.1941 - 04.09.1944 Малоизвестные страницы Великой Отечественной. Часть 1

Новости портала Я РУССКИЙ